— И вы думаете, что я это сделаю?

— Я перережу вам горло, если вы откажетесь.

— Вы пустое место, Казанова.

Джакомо внимательно посмотрел в глаза Маргарет фон Штайнберг.

— Я — Венеция.

Казанова спрятал листы пергамента с признанием Маргарет в карман элегантного камзола. Он убрал кинжал, но сразу же вытащил из ножен шпагу — так он мог по-прежнему держать лезвие у горла графини, находясь при этом на расстоянии.

Джакомо не доверял Маргарет: слишком сильно он недооценил ее с самого начала.

— Чего еще вы хотите? — спросила она. — Убить меня?

— А что мне остается? После того как вы отняли у меня любовь всей моей жизни.

— Какая неблагодарность! Это я привела ее к вам в объятья.

— Франческа была для вас лишь пешкой. Так же, как и я. И Гретхен. И даже Дзагури!

— Сообразили наконец-то. И теперь вы и правда думаете, что можете напугать меня своей шпагой? Вы получили то, что хотели. Если хотите убить меня, нарушив данное вами слово, так сделайте это. И побыстрее.

Джакомо не ожидал такой отчаянной храбрости. Графиня вновь загнала его в угол. Но убить ее — это не то что выстрелить в Дзаго. Она женщина. И хоть принадлежность к прекрасному полу не делала ее менее виновной и жестокой, Казанова никак не мог решиться.

Тогда он задал ей единственный вопрос, который на самом деле волновал его. Джакомо не знал, что произойдет, если она откажется отвечать. Возможно, ему придется прибегнуть к пыткам.

— Где теперь Франческа?

Графиня разразилась хохотом. Джакомо почувствовал, как в глубине его души зарождается ярость. Словно гигантская волна, она постепенно поднималась, лишая его способности ясно мыслить. Он закрыл глаза, собираясь с духом для смертельного удара. И вдруг что-то произошло: раздался звон. Колокольчик?

Джакомо открыл глаза и увидел следующее: стена, к которой только что прислонялась Маргарет, закрывалась у него перед носом.

Графини и след простыл.

Казанова услышал металлический лязг и все понял: по всей видимости, в стену был вставлен скрытый механизм, позволявший закрывать и открывать проем.

Он кинулся к стене, пытаясь нащупать таинственный рычаг. Ничего не обнаружив, Джакомо принялся простукивать перегородку эфесом шпаги, как вдруг услышал звук открывающейся двери. То, что он увидел, совершенно его не обрадовало.

Перед Казановой появился мужчина воистину удивительной наружности. Он был выше Джакомо, который сам считался довольно рослым. По широким плечам рассыпался водопад длинных черных волос. Мощная мускулистая фигура была в то же время жилистой и подтянутой, что, скорее всего, означало долгие годы, проведенные в армии какого-то государства. На первый взгляд Казанова счел бы его венгром или поляком, но звериная жестокость в глазах отсылала к более дальним землям на востоке, негостеприимным и безжалостным. Возможно, к сербским поселениям на границе с Османской империей.

Впрочем, рассуждать о происхождении таинственного гиганта было некогда, учитывая то, что он явно намеревался свернуть Джакомо шею. Приблизившись, незнакомец обнажил шпагу — элегантную, хоть и совсем простую. На взгляд Джакомо — чересчур тяжелую, но его противника, похоже, это совсем не волновало. Взмахнув пару раз клинком в воздухе, он занял оборонительную позицию. Казанова последовал его примеру.

Как только темноволосый гигант перешел в атаку, Джакомо понял, насколько он силен. Сокрушительные удары следовали один за другим, и Казанове пришлось призвать на помощь все свое мастерство фехтовальщика, чтобы отразить мощные и при этом невероятно точные выпады. Шпаги свистели в воздухе и с лязгом сталкивались, словно железные языки, жадно стремящиеся к плоти врага.

Казанова защитился во второй и третьей позиции, но клинки тут же сошлись вновь. Не без труда сохранив равновесие под тяжелыми ударами, он молниеносным движением отпрыгнул в сторону и тут же сделал резкий выпад, надеясь пробить брешь в защите противника. Однако незнакомец, судя по всему, был действительно выдающимся воином и сумел отбить удар Джакомо. В движениях этого человека чувствовалось что-то древнее, первородное, будто искусство боя холодным оружием было у него в крови от рождения.

Гигант довольно усмехнулся и кивнул.

— Неплохо, — сказал он.

Азатем резко перешел в нападение.

Казанова отбил выпад в четвертой позиции, а затем сразу еще один — в пятой. Противники остановились, глядя друг другу в глаза.

Драган Лукич, — неожиданно представился незнакомец. Голос у него был глухой, словно ночь, полная крови и ужасов.

— Джакомо Казанова.

Гигант снова кинулся в атаку: сделал ложный выпад, а затем ударил снизу вверх по диагонали с нечеловеческой силой. Джакомо заметил приближающийся клинок в последнее мгновение. Он сумел увернуться, но не до конца: шпага поразила его в бок, разрезав камзол и рубашку. Хотя рана была и неглубокой, из нее фонтаном брызнула кровь. Казанова поморщился, сквозь сжатые зубы вырвался стон.