Он провел ладонями по лицу, словно снимая с него паутину. Черты лица чуть изменились, кожа стала более бледного оттенка, ногти загнулись. Дунха повторил, а Мактар с затаенной завистью вздохнул: у полукровок хищной формы нет. Зато увести озверевшую Альхэ от разумных сможет только он, просто потому, что только жрец по звучащим мыслям их отличит от животных. Вот и причина, по которой братцы согласились его взять. По крайней мере, это было понятно.

— Наследит она знатно, конечно, — протянул Мактар, рассматривая глубокие царапины на дереве.

— Мы не слишком далеко ушли, так что посторонние их не увидят, — пожал плечами Менху, добавляя еще несколько полос к отметинам Альхэ, крест-накрест.

— Ты же не химеролог вроде, откуда такие животные повадки? — жрец увернулся от ветки и снова повернулся к собеседнику, поку Дунха ушел вперед.

— Но выращивают-то нас всех они. Влияние магии сказывается, на ком-то сильнее, на ком-то послабее. А, ты же полукровка, точно. По матери, да? — получив кивок, продолжил. — В деталях я тебе не расскажу, лучше с Аль поговори. Или с Мин Рейтой, она точно все опишет. Спроси про разницу между рожденными и сотворенными.

— Хватит болтать, — обожгло метку на запястье Менху, — я ее догнал. И это лучше увидеть.

Жрец и алхимик ускорились, откликаясь на зов. Вел Менху, лучше чувствующий местонахождение брата да и лес вокруг Башни знающий неплохо, Мактар только успевал реагировать, когда на очередном повороте его хватали за локоть, и не терять равновесие при беге. Все-таки способностей собственного тела ему не слишком-то хватало, чтобы быть наравне с чистокровными преобразователями. Как он сказал? “Сотворенными”?

Дыхание уже начало понемногу сбиваться, когда они все-таки нашли Анктар, успевшую наткнуться на оленя. Оленю не повезло, причем не повезло смертельно, и сейчас Аль сосредоточенно водила пальцами по краям рваной раны, заставляя кровь покидать тело. То, что сама она теперь сидела в багровой луже, ее явно не смущало, химеролог урчала как крупная кошка, иногда облизывая руки и размазывая кровь по лицу.

— Хоть свежего мяса поедим. Натурального, — Дунха шагнул ближе, но отдернул руку от животного, услышав недовольный рев. Сунувшаяся следом химера и вовсе чуть не получила когтями по любопытной морде.

Мактар нахмурился, потянувшись вниманием к кольцу, все еще надетому на палец Альхэ. Та дернулась, несильно ударив себя по лицу и потеряв равновесие. Взгляд немного прояснился, она даже перестала издавать животные звуки, возвращаясь в разум. Кивнула, безошибочно находя взглядом жреца. Мактар подал руку, помогая подняться, и придержал за талию, когда преобразовательница пошатнулась. Оскалилась в ответ на помощь, потянулась к нему и медленно лизнула в губы.

Жрец не стал отодвигаться, лишь спросил:

— Съедобен?

— Что-то мне говорит, что отравлюсь. Так что живи.

Дунха уже отправил в Башню с одной из химер тушу оленя и теперь сверлил взглядом Анктар, вцепившуюся в Мактара. Южанин на пристальное внимание только повел плечом, но потом чуть развернулся в другую сторону и с тревогой глянул на Альхэ. Гончие повернулись в ту же сторону, скаля клыки. И снова ему не хватило скорости: Альхэ просто толкнула его в плечо, срываясь с места и дергая за поводки нескольких гончих, заставляя их броситься под ноги дернувшимся алхимикам.

На попытки дозваться она уже не отзывалась, обжигающее кольцо улетело куда-то в траву. Из-за деревьев раздались крики. Мактар вскочил на ноги, но путь перегородили оставшиеся поблизости гончие. Менху махнул рукой:

— Не лезь. Мин Рейта велела ей не мешать, — он поскреб ногтями покрытое тонкими черными линиями запястье.

— Там люди! — Мактар едва успел отдернуть руку, когда впечатляющая пасть клацнула совсем рядом с пальцами.

— И что? То, что она следит недалеко от Башни, конечно, плохо, но не смертельно, просто еще немного энергии направим на усиление отпугивающего контура, даже странно, что они так далеко зашли. Всех она не выпотрошит, да и плодятся люди как мыши…

— И живут столько же, — вставил замечание Дунха, рассматривающий небо над головой.

— … а вот лезть к Аль и отбирать у нее добычу, или игрушку, глупо. И небезопасно. Так что сиди и радуйся, что поймала она не тебя. Не понимаю, почему ты так разнервничался.

— А то, что я полукровка, тебя не смущает? — севшим голосом спросил он.

— Твое трепетное отношение к смертным пройдет и очень скоро, не переживай.

— Менху, — прошипел старший, пытаясь одернуть брата, но слова уже были сказаны.