Шрифт:
Затем наступила тишина, в которой мы пытались успокоить наше затрудненное дыхание, и никто не осмелился даже шелохнуться, сил не было совершенно.
Глава 17
— Выпьешь чего — нибудь? — сказал Марк, спустя, казалось, бы вечность. Он прошел к небольшому бару в углу комнаты, и поднял бутылку с янтарной жидкостью. Недолго думая, я кивнула, и он разлил напиток в два стакана. Он сделал шаг ко мне и встал очень близко. Слишком близко. Я даже могла видеть щетину на его подбородке. Таким, я его еще не видела.
— Я скучал, очень, — произнес он, обнимая меня и проводя пальцами вниз по горлу, затем ключице. Марк поцеловал пульсирующую жилку на моей шее, ощущая силу ее биения под своим языком.
— Я никогда не встречал ни одной женщины, которая сочетала в себе как замкнутость, так и открытость.
Я улыбнулась.
— Это только для тебя.
Он взял мое лицо в ладони.
— Ты другая. В тебе что — то есть…Кажется, я влюбляюсь в тебя.
Я широко улыбнулась.
— Я тоже, — прошептала я.
Он нагнулся, чтобы поцеловать меня.
— Расскажи мне про себя, свое прошлое, — не выдержала я. Все эти фото в интернете, их было так много, но что из этого было настоящее — не понятно.
— Хочешь знать, сколько женщин было до тебя?
— Хочу, — я посмотрела на него твердым взглядом.
— Хорошо, количество я не считал. Серьезные отношения были только с одной.
Я затаила дыхания. Его многочисленные одноразовые пассии меня не интересовали.
— Я слушаю. Пожалуйста, расскажи мне всё.
— Познакомились в институте, встречались 5 лет, собирались пожениться.
— Только не говори, что она изменила тебе с твоим лучшим другом?
— Нет, не настолько банально. Она похитила мои фирму.
Мои брови выгнулись дугой.
— Это как?
— Мы начинали вместе, открыли фирму, и она присвоила себе все достижения. Переписала все документы на себя, тогда я был доверчивым, все делал без юридической помощи, на слово. Не читал документы, которые подписываю. Жизнь научила. После этого, женщины какое — то время меня сильно бесили. И сейчас я понимаю, что отношения требуют много работы, энергии и времени. Потом у меня не было много времени на отношения, так как я занимался созданием и запуском своего нового бизнеса.
— Что это?
— Отельный бизнес. У меня есть еще и другие мелкие проекты. Я много чем пробовал заниматься.
— Ты любил её? — я посмотрела ему прямо в глаза. Пять лет огромный срок.
— Да, любил, — он кашлянул. Видимо откровения не давались ему легко.
Я никогда прежде не относилась к тем девушкам, которые зацикливались на мужчинах, но сейчас, казалось, со мной происходило именно это. Его слова царапнули за живое.
— Это прошлое, давно прошло.
Видимо, я слишком остро прореагировала, обрадовавшись этим словам. Я положила ручки на его лицо, и поцеловала долгим и голодным поцелуем.
— Почему ты такой милый? — прошептала я, и снова поцеловала Марка, приглушая любой возможный ответ.
Он отстранился.
— Я милый, потому что ты мне действительно очень нравишься.
— Ты честный. С тобой так легко, — я посмотрела на него. — Расскажи о своей семье.
— Властная мать, строгий отец. Я должен был стать во главе бизнеса отца, но после той истории в институте, он отказал мне в наследстве. Мне пришлось все начинать с нуля.
— Это жестоко, — сказала я, обняв его со спины.
— А мне нравится, что ты не знала, кто я такой, некоторые гуглят.
— Я видела фото тебя с твоими девушками, — призналась я и отвела взгляд, чувствуя себя немного понурой.
Он сел на кресло и откинулся на спинку, смотря на меня. Он выглядел серьезно, почти озадаченно.
— Я хренов мудак, и не собираюсь оправдываться. Но я не думал, что есть такие женщины, как ты. Ты такая наивная во всех возможно очевидных проявлениях. В хорошем смысле. Мне обычно попадались женщины другого типажа. Давай спустимся на ужин?
На ужин мы поехали на набережную в милый уютный французский ресторанчик. Марк выглядел, как всегда, очень сексуально, и я не могла оторвать от него глаз. Я была одета в красивое белое платье макси, на одно плечо, в греческом стиле. Вода бликами отсвечивала огни фонарей на набережной.
— Как тебе сейчас работается под новым руководством?
Я замерла.
— Нормально, — выдавила я, хотя там ничего нормального не было.
— И всё? Работы много?
— Не мало.
— Прости за все это, так не должно было случится.