День был длинный, после обеда Марк увидел деньги, и мы с ним поссорились, но позже всё-таки помирились. Вечером решили пойти в ресторан, отметить наше примирение на эти деньги. Мы сидели уже час в ресторане, наконец подали десерт, и мы уже собирались уходить. На выходе мы столкнулись с Артуром. Это было очень неожиданно, втроем мы замерли и смотрели друг на друга. Это должно было случится, рано или поздно. Артур скривился, словно мы букашки, на его лице четко было видно презрение.

— Поговорим в офисе, завтра, втроем.

Он развернулся и зашел в ресторан.

Марк выглядел подавленным за рулем. Он молча отвез меня к дому, мы быстро попрощались. Он пытался меня успокоить и приободрить.

Вечер прошел также в напряжении. Я косилась на свой телефон, но он трагично молчал. Я даже, начала поиск новой работы, но ничего, и близко похожего не находила. Ближе к ночи написал Арман, сказал, что заказчик белья одобрил мои снимки, но мне все же придется заняться спортом. Я была не против, попросила Армана подыскать мне еще съемки, после покупок я была на ноле и мне нужно будет как-то выживать, если меня уволят. Я готова была браться за все подряд. К сожалению, с моими данными, многого мне предложить не могли. В среду вечером у меня была запланирована новая съемка.

Утром я плелась на работу как на эшафот. Когда я зашла, увидела, что в кабинете Артура горел свет и были слышны голоса. Офис еще был пустой, я пришла пораньше. Я подошла поближе к двери Артура, голоса показались мне знакомыми.

— О чем ты думал вообще? Алина знает? — спросил у кого-то Артур.

— Ты с ума сошел, нет, конечно! При чем тут вообще Алина? — я узнала знакомый любимый голос.

— Так, о чем ты думал, когда спал со своей сотрудницей? Что предлагаешь мне теперь делать?

Покрывать вас? Надеюсь, вы не занимались сексом в офисе? Тут везде камеры!

— Конечно нет. Никто не просит покрывать нас. Я долго думал, и есть у меня один вариант. Лидие Петровне, с третьего этажа нужен сотрудник, помощница. Она давно ноет. Я переведу туда Милану. А сюда мы возьмем кого-то другого. Хотя бы Настю, бывшего секретаря с отдела маркетинга, она уже успешно заменяла Марию, когда та была на больничном.

— Сам об этом скажешь Милане или мне?

— Я поговорю с ней.

— Давай вызовем её, возможно она уже пришла.

Я отскочила от двери. В груди странно ёкнуло, от меня избавлялись. Я так хотела работать именно с руководителями, первыми лицами компании, а не быть на задворках. Как нам быть теперь с Марком? Мы будем реже видеться…

В приемной зазвонил мой телефон, и я взяла трубку.

— Доброе утро! Милана, зайди к нам.

Я взяла себя в руки. Моя судьба уже решена, мужчины за меня все решили, а у меня нет права голоса. Я вошла с гордо поднятой головой, не собиралась бояться и прятаться.

— Милан, присядь, — сказал Марк.

— Мы подумали и решили, что лучшим решением будет перевести тебя в другой отдел. Сейчас нам не нужны проблемы, сплетни.

Ну конечно, это лучше, чем увольнение, но во рту был горький привкус. ОНИ решили. Я проглотила обиду.

— Хорошо, когда?

— С завтрашнего дня.

— Это будет значится, как понижение в должности? Это отразится в трудовой?

Марк выдохнул.

— Нет, мы постараемся это замять. Ничего никто меня не будет. Зарплата та же.

— Да, но все будут спрашивать почему меня перевели, для всех будет очевидно, что что-то произошло…

Марк громче и увереннее произнес.

— Я возьму это на себя. Давай готовится к переезду. Я пойду переговорю с Лидией.

И ушел.

Я, также, решила побыстрее уйти из кабинета, не хотелось оставаться наедине с Артуром, чувствовала себя провинившейся школьницей.

Весь день заняли сборы и перенос вещей, а также разбор вещей с моего теперь уже бывшего рабочего места. Покидала его я с тяжелым сердцем. Теперь мне нужно вливаться в новый коллектив, я чувствовала себя как рыба, выброшенная на берег. Здесь меня защищали, я была отдельно от всех. Конечно, я общалась со всеми, но только по работе, сейчас же я буду секретарем всего маркетингового отдела, а их больше двухсот человек.

Лидия Петровна была женщиной за пятьдесят, ухоженной и деловой, но с безумно злым взглядом. А еще сердитой, с надменной улыбкой и стальным голосом. Менеджеры ходили и пригибались. Я почувствовала себя здесь, как не в своей тарелке. Марк спрашивал, как у меня дела и я отвечала, что все нормально, не желая жаловаться ему.

Лидия Петровна невзлюбила меня с первого дня. В среду, она постоянно придиралась, и я ушла с работы последняя, почти в восемь часов вечера, и опоздала на съемку, чем не обрадовала Армана и заказчиков.