– А-а, так это иллюзия! – первой догадывается Соня. А её сестра издает героическое: «И-йех!» и сигает с места прямо вперёд. Правда, приземляется не совсем благополучно: осев на пятую точку. Но не растерялась: зависнув в пустоте над пропастью, лихорадочно ощупывает под собой опору и широко улыбается. Половицы-то на месте, никуда не делись! Надёжные, широкие и по-прежнему очень даже материальные, просто невидимы.

А если уж мама с тётушкой Элли вместо того, чтобы броситься на помощь, хохочут, значит, и подавно, ничего страшного не творится. А только интересное.

Шустро развернувшись, мой младший ребёнок из положения «строго на четвереньках» заглядывает вниз.

– Ого!

Мага со своего края обрыва тоже косится с интересом. К нему присоединяется старшая дочь, перейдя через иллюзорную пропасть спокойно, как по пешеходному переходу, лишь инстинктивно чуть разведя руки и балансируя, как при ходьбе по канату. А внизу есть на что посмотреть, право же, не зря мы с Дорогушей навесили на потолочную балку два дополнительных фонаря и направили их лучи прямо вниз. Потому что в Сюрпризе, полученном от бабушки Софи, навек застыли сумерки, и без подсветки трудно разглядеть отвесные стены разлома, поросшие редкими пучками травы и чахлыми кустиками, границу водораздела, до которой поднимается вода во вскипающем от дождей ручье, да и сам ручей, пока безобидно журчащий на дне ущелья и перекатывающий мелкую гальку. Крупные булыги валяются тут и сям на его узких берегах, отсвечивая обточенными водой боками.

Присев на край пропасти на корточки, Соня даже пытается свесить ноги, но разочарованно вздыхает: не получается. Мешает всё тот же невидимый пол.

Мага задумчиво потирает подбородок. Мы с Элизабет пристраиваемся рядом и в который раз за этот день заглядываем в пропасть. Хоть и привыкли, но всё равно жутковато.

– Серное ущелье, значит… – бормочет мой некромант. И поясняет уже громче, для всех: – Не от слова «сера», а от «серн», таких горных козочек; водится здесь один интересный подвид. Видите, кое-где на скалах есть выступы, как ступени? Узкие, но этим шкодам хватает, чтобы без всяких приспособлений форсировать стены. Скалолазы, которые сюда иногда наведываются, тратят на тот же путь раз в десять больше времени.

– Так это настоящее место? – с любопытством спрашиваю я.

– Ну, разумеется! Бабушка Софи подарила тебе иллюзию-слепок своей маленькой родины. Это как раз на подходе к деревушке, где она родилась и выросла. Она там каждое лето бывает накануне своих именин, это уже вроде традиции. И нас с Ником туда возила. Хорошее место, сильное. Даже в проекции…

Он проводит ладонью над иллюзией провала, удовлетворённо кивает.

– Даже в проекции есть отголосок энергетики земли, улавливаете? Из самих недр.

– Ага, – выдыхает Маша и распластывается на полу морской звездой, а выглядит при этом, будто зависла в воздухе. – Здорово как…

– А спуститься, значит, нельзя, – разочарованно бурчит Соня.

Мы с Магой успеваем переглянуться. Я предостерегающе качаю головой.

Он понимающе прикрывает веки. Понял.

– Это же иллюзия, а не материальная копия ландшафта. Хоть возможности совершенствования есть. Но пока погодите, давайте глянем на всю картину в целом, оценим масштаб. Вашу прабабушку не зря называют Мастером иллюзий, таких специалистов в Гайе единицы!

– А мы уже оценили, – с гордостью заявляет Элли.

Мою хитрость она заметила, раскусила – и тоже помалкивает, как и Мага. Незачем искушать шкодливых подростков. Это пока одна из них зависла над пропастью, в сложном плетении объёмной иллюзии срабатывает своеобразный блок безопасности. При создании подарка мудрая донна дель Торрес учла, что оный может попасть не только в мамины ручонки, но и в детские, а у подростков вечно шило в… сами знаете, где, авантюры – это их всё. Но стоит детям удалиться от потенциально опасного места – допустим, той же Маше перейти на твёрдую землю, и пропасть «откроется», станет доступной. Сесть на краю и ножки свесить? Пожалуйста. Камушки вниз покидать? Ага, запросто, мы с Элли уже попробовали. А вот спрыгнуть вниз не получится, блок безопасности предусмотрен и для взрослых. Просто он им чуть больше дозволяет.

Эту полезную информацию нашептал нам всё тот же голос бабушки Софи, сопровождающий во время освоения и экспериментов с её подарочком. Этакий гид, ненавязчиво следующий по пятам и расщедривающийся на подсказки лишь после того, как мы с Элли сами как следует поломаем головы.

Хмыкнув, Мага распрямляется и поворачивается лицом к тому, что было когда-то кухней-столовой.

– Грандиозно. Впрочем, как и всё, что у неё получается.

Потолка нет. Вместо него – низко нависшие облака, в прорехи которых проглядывают первые звёзды. Широкая тропа, огибая валуны, ведёт к домикам, устроившимся в отдалении на относительно ровном пятачке среди гор. Где-то вдалеке, заслоняемое вершинами, садится солнце, подкрашивая алым наш обеденный стол, стулья, буфеты… Обстановка кухни-столовой осталась на месте, но преобразилась, примерив на себя личину деревенской мебели, сколоченной не слишком умело, зато добротно и на совесть. Вместо двух диванчиков – топчаны, покрытые медвежьими шкурами, и стоят они прямо на земле, поросшей жиденьким разнотравьем. Вместо очагов – кострища, обложенные камнем, с высокими, затейливо сложенными поленницами. Окон и стен будто и не было никогда: зашёл в дом, а очутился в горах, на подступах к хороводу хижин с широкими покатыми крышами, с высокими цоколями, с бесстрашными козами, объедающими какие-то цветочные плети прямо со стен…

Лестницу наверх можно обнаружить лишь боковым зрением, и только зная о ней. А не знаючи можно и врезаться, как и в невидимые стены. Впрочем, подобная неприятность грозит лишь тому, кто впёрся сюда незваным и нежданным, а своего человека сгустившийся туман мягко подтолкнёт к нужной двери.

Вот так-то.

Увлёкшись изучением Сюрприза, мы с Элли не заметили, как пролетел день. И, разумеется, обо всех моральных терзаниях, связанных с Магой и Васютой, я забыла, настолько была поглощена новой игрушкой. И лишь теперь поняла, что не зря именно сейчас, именно здесь оставила матриарх свой подарок. Спасибо, бабушка Софи.