– Ты… ты в моей голове? – назад пятится, словно я на нее хищником надвигаюсь.

Черт! Так и хочется к ней сорваться, успокоить ее, но… я силком удерживаю себя на месте, еще и ответ попутно осторожный подбираю.

– Да, я сын могущественного оборотня и так-же как и он, имею способность мысленно связываться со всеми сверхъестественными существами.

Я пока не представляю с чего безопасней всего начинать, не могу нащупать, где ее сознание тревожится больше положенного.

– Боже,– только и выдыхает, закрывая ладошками глаза. – Не думала, что наш мир, такой опасный…

– Я не опасный…– спешу перебить, - Ну, по крайней мере для тебя, – добавляю уверенно.
– Посмотри на меня, Рината!

Возможно, я ошибку совершаю, но я не могу иначе – инстинктивно двигаюсь к ней своим мощным зверем.

Рината распахивает свои испуганные глазки и тут же замирает, видя меня предельно близко.

– Я не обижу! – нажимаю настойчивей и нагло укладываюсь у ее ног. Не могу возвышаться над ней, как над добычей. Самому неловко.

– Ты… ты такой большой… Крупный… Мощный! – выдает с каким-то искренним и предположительно встревоженным изумлением. Ну а я, поджимая в самодовольной ухмылке пасть, гордо задираю нос – какой есть.

Ее неприкрытой интерес только разгорается. Любопытные глазки в полнейшем молчании секунд десять меня сканируют и… Слава богу, за это время, Рината немного привыкает к зверю огромному. Это заметно по ее эмоциям, страх почти испарился, сейчас удивление царит в ее головушке. Даже не знаю, что конкретно подвигло ее сознание на перемену? То, что я, как истинная ровня, к ее ногам опустился?

– Ты волосатый. Очень волосатый,– добавляет уже, как мне кажется, с легкостью.

– Что? – машинально осматриваю свою идеальную гриву. – Нормальный.

– Ну… По сравнению с человеком,– улыбается робко.

Смеюсь внутренне вместе с Темным. Его пипец как умиляет тот факт, что Рината его во плоти разглядывает. Извращуга долбаный.

– Самую малость! – игриво выдаю, окончательно разрывая ее страх передо мной.

Внутри так и селится тепло, от того, что душой она принимает меня таким. Возможно, это действие связи и, ее подсознание намеренно притупляет факт действительности… Но мне безумно приятно, что в синих глазах нет дикого ужаса.

– Мне можно тебя потрогать?

Замираю, услышав неожиданный вопрос. Я если честно, и не надеялся на подобное так скоро…

– Нужно! – несдержанно выдает Темный, обходя замки моего контроля.

Черт! Глаза округляю. Он никогда не позволял себя трогать, даже близким.

Перестраиваю все, что успело заклинить внутри, и с паникой в сердце ожидаю ее прикосновения. Ее дрожащая рука мучительно медленно тянется ко мне. Однако в этом жесте нет никакого сомнения... Ее глаза полны решительности и нестерпимым предвкушением. Точно она лишь сейчас осознала, что бояться не следует, наоборот, изучать и познавать.

Уверен, в ее докторской головушке уже царствуют вопросы вселенского масштаба: Каким образом происходит трансформация клеток между двумя, совершенно разными биологическими жизнями? Испытываю ли я боль во время обращения? Каково ощущать в себе зверя. Да и как в принципе, несвойственный для человеческого ума процесс, вообще производится? Вижу, стереотипы привычного и объяснимого сломаны, ибо наш мир поистине безграничен.

Нестерпимо подаюсь головой вперед, сокращая расстояние и беспощадно вздрагиваю, когда чувствую ее пальцы на львиной морде.

Резкая вспышка. Убийственный шум в ушах. Остановка сердца.

Я дышу вообще? Дышу? Не понимаю, правда… Даже если легкие и вентилируют естественный жизненный процесс… - Я не получаю необходимого облегчения. Мозг в кислородное голодание уходит, пока тело принимает ее ласковые прикосновения.

– Мягкие… Волоски…– шепчет тут-же, а у меня внутри все гудит. – Приятно… Тебя трогать приятно…

Лишь в эту секунду мое дыхание облегченно срывается. Запуская систему, хотя-бы в резервном режиме. Ей нравится меня касаться… Нравится.

– Я рад, Рината! – выдаю гудящим, как повреждённая аудиозапись голосом.

– Я, конечно, еще в шоке…– усиливает нажим пальцев, потихоньку двигая их к носу. – Но, как видишь, справляюсь…– нежно поглаживает переносицу, а я, как тот возбужденный заяц, хочу лапой дергать до одурения. Черт!