– Черт! – злюсь, прерывая бесполезные оправдания. Еще и людей втянули. – Я надеюсь вы все подчистили?

– Да, конечно… - кивает подтверждая, - Женщину и еще одну парочку подростков обработала Соня – дежурившая ведьма. Записи с камер удалены.

– Руководство больницы в курсе? – напрягаюсь моментально. Если да, то Романова может глупостей наделать…

– Нет, ждем вашего указания!

– Труп на базу, рот на замок. Ни одна душа не должна узнать о случившемся, ясно!

– Будет сделано! – суматошно кивает, закрывая дверь моего кабинета.

Сука! Долблю ладонью по столу. Что, мать вашу, происходит? Это ж явное предупреждение, причем нам… Демон не посмел сунуться в больницу, зная, что там свора охраны. Черт! Тот парень – интерн Романовой и это уже далеко не совпадение.

Зачем им Рината? Для какой цели пытаются выкурить?

– Каюмов! – мгновенно врезаюсь в сознание парня. – Найдите мне этого демона. Я буду лично вести опрос.

– Так точно!

Падаю на диван и вытянув ноги удобно располагаюсь на нем. Мне нужен совет. Мне чертовски нужен совет, иначе я свихнусь…

Всю жизнь считал и чувствовал себя сдержанным оборотнем. Кто-бы не играл на моих эмоциях – всегда оставался нерушимым и собранным. Моментально принимал верные решения, потому как оставался хладнокровным и рассудительным. Теперь же, я чувствую слабину.

– Мам! – зову потихоньку. Она единственный человек, кто адекватно оценит мое нынешнее состояние.

– Лев! – радостно тянет. Я даже улыбку ее представляю в этот момент.

– Как твои дела, родная? – пытаюсь расслабиться, усердно потирая напряженную переносицу.

– Хорошо… - осторожно отзывается слегка озадаченным голосом.

Замираю в ожидании вполне привычного вопроса «Как сам?» но, вместо него между нами повисает томительное молчание.

Мне кажется, она наперед знает о всех моих переживаниях и, перед ней в принципе нет смысла скрывать отравленное нутро.

– Я на улицу вышла чтобы никто не отвлекал … – сообщает подбадривающим голосом, намекая что уже готова выслушать.

Да моя ж ты хорошая! Вот невозможно не любить эту прекраснейшую тигрицу.

Вдыхаю глубоко-глубоко, набираясь необходимого спокойствия и на выдохе выдаю…

– Ты никогда не задумывалась, что в этом долбанном веке осознанности ты ничего не контролируешь на самом деле... В нашем мире весть парапсихологи, всевозможные программы медитаций, антидепрессанты, стимуляторы, если нужно… Ты знаешь свои привычки ты сознательно контролируешь свою жизнь, но…– останавливаю буйный поток слов, потому что можно и дальше перечислять, до бесконечности. – Потом происходит что-то, и ты вдруг понимаешь, что не знаешь кто ты и чего хочешь...

Зависаю не мгновение, задумываясь, достаточно ли философии выдал для получения обширной консультации.

– Серьёзный заход для утра! – спокойно выдает мама. Полагаю, я ее серьезно, так, озадачил.

– Ты просто единственный плод доверия в моем хрупком мире. – открываюсь без всякого стеснения.

– Ты влюбился? – вроде как спрашивает, но слышится явная констатация.

Снова залипаю.

Никогда не врал этой женщине и даже не собираюсь. Себе лишний раз совру – ей никогда.

– Да, мам, но не все так просто…– глаза закрываю, головой мотая. – Она человек!

Слова как приговор. Самый, мать его, страшный и безапелляционный.

– По шкале из ста, как сильно тебя тенет к девушке? – прощупывает профессионально.

– На все двести, Алина Егоровна… На все двести…

– Пара. – Теперь уж точно констатирует.

– Нет,– спешу опровергнуть. – Ева заверила, что моя пара - не человек.

Говорю это и не знаю… Злиться на этот неопровержимый факт, или же радоваться.

– За всю свою жизнь, я поняла одну вещь…– начинает мама, - Ева, тот самый человек, который накручивает такой клубок событий воедино, что в итого можно мозг сломать, распутывая все, на ее взгляд необходимые узлы. Ты точно уверен, что девушка человек? Уверен, что в ней нет чего-то подавляющего или скрывающего истинную сущность.

– Она, бесспорно, человек, – заверяю на полном серьезе. – Иначе, я бы все равно почувствовал ее, как тебя отец.