— Да, наверное, я среди тех, кто считает тебя привлекательным, но на самом деле это не имеет никакого значения. Я хочу сказать, что у тебя сейчас отложено немного денег, благодаря которым ты можешь немного продержаться. Этого достаточно, чтобы покорить кого-то другого. Сейчас в своей жизни я осторожна в том, с кем встречаюсь.

Мужчина ненадолго замолчал. Может быть, сейчас он сменит тему или уйдет.

— Ты мне кого-то напоминаешь. И нет, я сейчас говорю не о Джанет Джексон. — Ухмыльнулся он. Она улыбнулась ему в ответ, покачивая ногой взад и вперед, аромат конфеты становился еле слышным, когда она таяла у нее во рту.

— Что ж, кем бы она ни была, Хантер, я не она, и я не могу ее заменить.

— Это не она. Это он. Я.

Она долго и пристально смотрела на Хантера, не уверенная, что правильно его поняла. Они были разными как небо и земля.

— Эмм… — засмеявшись, она покачала головой. — Не думаю, что у нас много общего, Хантер. Мы два разных человека.

— Я все же думаю, что мы похожи, — он откинулся на белые подушки, выглядя при этом чертовски дерзким. — Например, тогда, во время ужина, ты говорила, что каталась на роликах на катке «Нортленд».

— Да, и что?

— Ну, я тоже был там, когда сюда приехал. Мало того, что мы оба любим кататься на роликах, мы еще, к тому же, были на одном катке и даже не подозревали об этом. Я был там со своими друзьями. Еще одна общая черта — мы оба любим яблочный пирог. Когда я вернулся к десерту, ты сказала, что это твое любимое блюдо. Однажды Олив спросила, чего мне не хватало в тюрьме, и я ответил: бильярда, гитары и просто свежего воздуха. Затем ты призналась, что тоже умеешь играть в пул, но не играла годами. Еще мы любим хорошую музыку.

— Ты сказал, что я слишком молода, чтобы слушать Эла Грина.

— Я не говорил, что ты слишком молода. Я спросил, не слишком ли ты молода. Я имею в виду… — он пожал плечами. — Я понял, что тебе нравится Эл Грин, потому что ты подпевала ему. Честно говоря, я не фанат такой музыки, но я ее уважаю, понимаешь? Посмотри, где мы оба выросли? — он развел руками. Она не могла с этим поспорить. Мотаун. — К тому же эта музыка вызывает много воспоминаний. (Прим.: Мотаун — Motown — название Детройта).

— Каких воспоминаний?

— Счастливых. Меня воспитывали бабушка и дедушка. Моя бабушка была немного религиозной, — Нита понимающе кивнула. — «Эл Грин тоже был религиозным человеком», — сказала она, и однажды принесла домой его госпел-альбом, купив его у какого-то парня, продававшего пластинки возле ее церкви. Она постоянно крутила его песню под названием «Все будет хорошо».

Мужчина опустил взгляд и улыбнулся. Она не могла не сделать то же самое.

— Я знаю эту песню, Хантер. Мои родители часто слушали ее.

— Да? Это было не так уж плохо. Моей бабушке она нравилось. Она не особо увлекалась госпелом, в основном христианской музыкой, гимнами, музыкой 1950-х и 60-х годов, но ей очень нравилась эта песня. Думаю, от нее ей было хорошо, — в его глазах повился счастливый блеск. — Я помню, как она танцевала под эту песню, качая бедрами, в своем любимом небесно-голубом платье в мелкий желто-белый цветочек. Оно было большим, мешковатым, кажется, это называется «балахон», — он пожал плечами. — Она запускала ту штуку, ставила пластинку и включала эту песню, пока убирала или готовила. Я никогда не видел, чтобы она много танцевала, но под эту песню она это делала, — его улыбка медленно исчезла, когда он провел рукой по своему подбородку.

— У нее был хороший вкус.

— Да, так и есть, а еще она хорошая женщина. Из тех, кто не судит о книге по обложке, — Нита сердито посмотрела на мужчину, зная, что это был камень в ее огород, но промолчала. — Я не хочу, чтобы ты фокусировалась на моем прошлом, Нита, и на том, что я делал, чтобы попасть в тюрьму. Сейчас я не там. Это лишь малая часть меня. Хотелось бы, чтобы меня судили по тому, как я разговариваю с тобой, отношусь к Олив и все такое прочее. Ты знаешь, мы с ней переписываемся практически каждый день.

Ей пришлось признаться себе, что он был прав. Мужчина держал ее в курсе ухудшающегося состояния отца.

— Хантер, ты должен кое-что понять. Находить тебя привлекательным и восхищаться тем, как ты справился с деликатной ситуацией с Олив недостаточно. Я беспокоюсь не только о себе. У меня есть дочь. Я должна быть для нее примером. Она может пойти по моим стопам, и я не хочу, чтобы она сделала те же ошибки, что и я. Честно? Я бы не хотела, чтобы она встречалась с кем-то вроде тебя.

— А она и не будет, это будешь ты.