Шрифт:
— Полезешь?! – ахнула Вика.
— Да, подсади меня.
— Ты с ума сошла!
— Подсаживай! – скомандовала Джулия. Она снова вошла в раж.
Подруге пришлось помочь ей. Ухватившись руками за перекладину лестницы, Джулия подтянулась, вскарабкалась на неё и полезла вверх, к окну.
Задрав голову, Вика в ошеломлении наблюдала за ней, пока она не скрылась в темноте.
Глава 30
Без подруги Вика немного приуныла.
“И что мне делать? – пронеслось в её голове. — Я не такая отчаянная в достижении своих целей, в отличие от Джулии”.
Позади клуба было темно, только одинокий фонарь освещал небольшую площадь пустыря. Из клуба доносилась музыка, со стороны дороги – шум редко проезжающих мимо машин.
Вика прогуливалась по пустырю. Было прохладно, в воздухе чувствовалось дыхание приближающейся осени. Она накинула на голову капюшон чёрного худи и сунула руки в тёплые карманы. Ей было грустно. Из зелёного пустырь превратился в серый. Трава засохла, только кусты дикой жимолости ещё вовсю зеленели.
Её внимание привлекла валявшаяся под кустом бензопила, полупустое ведро с синей краской и обломки деревянных досок. Вероятно, недавно здесь был ремонт – стена клуба была выкрашена той самой синей краской.
Вика подошла и подняла пилу. Тяжёлая, ржавая, вряд ли работает. Она дёрнула ручку, пила взревела, но цепь не закрутилась, а двигатель почти сразу же заглох. Разочарованно вздохнув, Вика собралась отбросить её, как вдруг услышала за спиной шаги и резко обернулась.
В свете фонаря стоял парень, один из тех, кого она видела на фото – русоволосый тип с прыщавой рожей, Ян Янковский. Он жевал брецель и пялился на девушку стеклянными глазами.
— Вика, да? – спросил он зловещим басом. Сам он был упитанного телосложения, но не жирный. На вид обычный парень, если бы не прыщи. Они очень бросались в глаза, на кончике каждого назревала гнойная верхушка. Прыщи у него словно жили своей жизнью, они пульсировали, вот-вот готовые взорваться и извергнуть наружу мерзкие накопления на манер жерла вулкана.
Вика почувствовала, что её буквально замутило от такого зрелища, но всё же выдавила из себя:
— Да, я Вика, а что? Ты кто такой? И чего тебе надо?
— Неважно, кто я и кто меня прислал. Пора раз и навсегда разобраться с тобой и твоей напарницей. Вы уже давно как кость в горле, – Янковский забросил последний кусок брецеля в рот и вытер руки о штанины брюк.
— Ты от Сандро? – Вика невольно попятилась назад.
— Какой ещё Сандро? – Янковский зловеще улыбнулся как можно шире, напрягая мышцы лица. Он делал это специально, чтобы кожа лопнула от напряжения, выпуская на свободу, о нет, не гной, а гораздо хуже.
Белёсые шарики, вылетевшие из “жерл вулкана”, упали на траву. Их было штук пятьдесят, не меньше. Они стремительно выросли до размеров бильярдных шаров и полопались с мерзким звуком.
Глаза Виктории расширились до предела, когда она увидела, что из шариков выбралось наружу нечто. Сначала склизкие ручки, затем головы, туловища...
— Ах ты, урод моральный! Ну и мерзость! – ужаснулась Вика, поняв, что вылезшие из шариков существа – это голые мини-клоны самого Янковского. В высоту каждый клон достигал не выше пятнадцати сантиметров.
— Что такого? Это же моё, а родное не противно. В атаку!
Голые клоны понеслись к Вике со всех ног. Некоторые не могли быстро бежать, спотыкались, падали по дороге, но тут же подскакивали и бодро мчались дальше, пища и повизгивая. За несколько секунд они добрались до девушки и стали на неё напрыгивать, пытаясь укусить. Вика заорала от ужаса, они напоминали ей крупных тараканов. Впав в беспамятство и ярость, она принялась смахивать их с себя и топтать ногами.
В первый момент было очень противно. Под кроссовками хлюпало, будто она попала в болото и ощущение того, что ты давишь нечто живое, было крайне неприятным.
Мини-клоны, вереща, взбирались по ней, по одежде и по волосам, кусались и царапались.
Отмахиваясь от них, Вика вертелась чуть ли не волчком и пинала их так, что они разлетались во все стороны и с жалобным писком приземлялись на электропровода, где их коротило или плющились о стволы деревьев или землю. Клоны были непрочными и недолговечными. При соприкосновении с твёрдой поверхностью они растекались, словно желе.
Янковский наблюдал за девушкой, своими клонами и хохотал, как ненормальный.
В отчаянии Вика снова дёрнула рычаг старой ржавой пилы, которую, на своё счастье, не выпустила из рук. После нескольких неудачных попыток пила завелась, взревела дурным голосом и окуталась сизым дымом.
— Я вам ща устрою! А ну валите отсюда, засранцы, не то я затолкаю свою маленькую подружку вам в глотки так, что до Октоберфеста будете зубьями срать! – закричала она и стала размахивать пилой во все стороны, рассекая попадавшихся ей клонов на части.
Ей уже было всё равно, что пищавшие и почуявшие опасность клоны забрызгивали её прозрачной, дурно пахнущей субстанцией, когда она рассекала на части их мерзкие тела.