— И последний вопрос: что пожелаете или посоветуете нашим читателям?

— Верить в себя, идти к цели несмотря ни на что. Найти опору в себе, что-то, что будет заряжать, подпитывать, даже если близкие против. Знать, что рано или поздно встретится человек, для которого ты будешь самым дорогим. Тем, кто спасёт и кто может прийти к тебе за спасением.

— Ярослав! — вступила Кристина, утягивая меня за собой и переключая всё внимание на себя. — Вы как всегда великолепны! — аж тошно от слащавости таких речей. Всё фальшиво.

— Благодарю, однако это не стоит такой похвалы.

— Ну что вы. Может кофе или обед?

— Прошу прощения, но мне уже нужно ехать. Опаздываю.

— Очень жаль. Но вы заглядывайте к нам.

— Всенепременно.

Наконец-то отделавшись от этой прилипчивой дамочки, я был свободен и собирался пообедать с Ромкой, а потом уже в офис.

Это интервью заставило меня задуматься, а в частности о чувствах к Алисе. Но я не успел поразмыслить, как меня прервали.

— Ярослав, — Полина. — Подождите минутку, — успела перехватить меня у самого лифта. — Мы так и не успели поговорить без официоза.

— Чем я могу помочь?

— Хотела поблагодарить вас за интервью и вашу честность.

— Откуда такая уверенность в моей честности?

— От вас энергетика соответствующая и вы вызываете доверие, — улыбается девушка.

— Вы на этом основываетесь в вашей работе? — ухмыляюсь.

— Интуицию никто не отменял, — мне показалось или она флиртует? — Так, значит, место рядом с вами свободно? — что и требовалось доказать.

— Решили брать быка за рога?

— Я не из тех, кто тянет резину.

— Похвально. И на что расчёт?

— Пока только на ужин, а там как пойдёт.

— Предлагаю обед. Завтра. Вам удобно? — почему, собственно, и нет. Могу позволить себе приятно провести время в компании девушки. Просто пообедать, а может и что-то ещё.

— Где встретимся?

— Я за вами заеду в два часа.

— Договорились.

Уже после работы, проезжая мимо городской библиотеки, вижу Алису, которая тащит нехилую стопку книг. Включаю поворотник и резко перестраиваюсь, чтобы припарковаться вдоль дороги. Другие участники движения недовольны, слышу сигналы и ругательства. Понимаю, что сейчас час пик и тут не до манёвров, но мне всё равно. Успеваю, как раз вовремя. Всего пара шагов и…

— Привет. Помощь нужна? — остановилась, как вкопанная, не ожидая меня увидеть.

— Привет, — чуть ли не шепчет.

— Давай помогу, — говорю я, забирая у неё книги из рук и подмигиваю. Вот только зачем я это делаю. Как мальчишка, честное слово. Ведь она может не так понять…

— Спасибо, ты прямо мой спаситель, — старается говорить чётко, но дрожащий голосок и румянец на щеках говорят за неё. Чёрт, Ветров, что ты творишь? Но её смущение чертовски очаровательно.

— Что же ты в одиночку тащишь?

— Привычка, — бурчит малышка, при этом так забавно морщит носик.

— То есть, если бы я тебя не заметил, так бы и пёрла всё сама?

— Ну, я хотела на автобус сесть, тут остановка недалеко, — искренне объясняет Алиса, указывая рукой в сторону той самой остановки.

— Ты могла бы вызвать такси, — складывая книги на заднее сидение, замечаю я. Оборачиваюсь и вижу, как она хлопает глазами. На мой немой вопрос, отвечает.

— Я об этом не подумала, — я не удержался и рассмеялся. — Чего ты смеёшься? Я ведь серьёзно, — скрещивая руки на груди, бурчит Алиса. — Всё никак не привыкну…

— Ещё успеешь, — открываю пассажирскую дверь, приглашая её сесть в машину.

— Спасибо, — на её искреннюю улыбку я готов любоваться вечно.

На главном проспекте снова пробки. В это время на дороге царит своя иерархия — водители новеньких или дорогих машин полагают, что каждый знает сколько стоит эта груда металла, поэтому считают, что все должны их сторониться уступать дорогу. Надо признать, порой я и сам вхожу в их число.

Алиса смотрит в окно на Большой театр, у которого уже начался вечерний съезд машин.

— Нравится театр?

— Да, — не отрываясь от созерцания, говорит она. — Мечтаю как-нибудь сходить на балет и в оперу.

— Оперу? Правда?

— Да, а что такого? — повернувшись ко мне, спрашивает.

— Ничего. Похвально. Опера прекрасна.

— Ты бывал? — и снова этот заинтересованный тон.

— Даже больше скажу — я люблю оперу.

И пока светофор дисциплинированно переключался с красного на зелёный, его усилия были тщетны, сдвинуться с места было нереально, мы разговаривали о театральных постановках.