— Та самая? — Задает сама себе вопрос легионер и на краткий момент поднимает взгляд в сторону темноты.

— Да? — удивленно произносит голос. — Неужели это именно она, Марико, а не очередное доказательство, что ты не способна выполнить мое поручение?

Марико опускает свой взгляд в пол и краснеет лицом.

— Это было всего лишь несколько раз …

Только сейчас, в голове легионера складывается пазл. Ее выкупила та самая госпожа, чью метку она наблюдала на заборе здания, да и на теле Юкио. Слезы катятся по щекам, от одного лишь воспоминания об этом человеке.

— Ты плачешь? — Неожиданно спрашивает, теперь уже хозяйка легионера.

Рейн молчит.

— Отвечай, когда к тебе обращаются, — гневно добавляет Изанами.

— Это слезы счастья, — лжет легионер и замолкает.

Голос госпожи обращается к матери:

— Вот как? — Язвит голос. — Неужели ты рада, что скоро умрешь?

Рейн молчит, но тело выдает ее страх. Изанами видит и чувствует это и ей начинает нравится легионерчик.

— Ответь мне, легионер, какой у тебя ранг?

— Я пятьсот двадцать шестая, госпожа.

— Мусор, — без сожаления вырывается из уст госпожи. — Но теперь ты мой мусор, а потому сегодня не умрешь.

Всего на секунду голос Изанами прерывается, после чего она произносит:

— Мамочка, приготовь для нее комнату.

— Она, что будет жить с нами? — Удивленно спрашивает Марико-сама. — Здесь?

— Я все сказала, — грубо произносит Изанами.

— Но… слушаюсь, — склоняет свою голову женщина.

— Тогда ступай мамочка, мне нужно кое-что сделать с моей новой прислугой.

Марико без лишних слов покидает комнату дочери ни на секунду не задерживаясь. На выходе мать сталкивается со своей малышкой.

— Акими?

— Мами, — вопросительно произносит малышка. — А кого это ты там привела к сестренке? Можно посмотреть?

— Нет! — Строго произносит Марико и добавляет. — Я запрещаю общаться с этой девушкой.

— Но?

— Обещай, что не подойдешь к ней, ни при каких условиях?

— Хорошо, — мнется на месте малышка и потирает свои крохотные ручки. — Я обефаю мамотька.

— Вот и отлично, а теперь пойдем. — Нежно касается плеч дочери женщина. — Поможешь мне приготовить для гостьи комнату?

— Да! — восторженно кричит малышка.

Тем временем, Рейн продолжает стоять и не двигаться.

— Нежная, красивая и довольно-таки теплая плоть! — Радостно произносит голос.

Рейн поднимает взгляд и направляет его в темноту.

— Вижу тебя пугают мои слова?

— Нет, моя госпожа, теперь я ваша верная зверушка.

— Ты мусор, — гневно прерывает Изанами речи легионера. — Тебе еще надо заслужить доверие, чтобы носить титул моей зверушки. Но заслужить его будет не так просто, учитывая тот факт, что ты, дорогая, обокрала меня.

Рейн ощущает, как мощная масса перетекает из дальнего угла в ее сторону, а потому прикрывает глаза от страха. Она ждет жестокости или удара, а может быть чего-то еще хуже, но хозяйка не спешит ее избивать, вместо этого ледяная рука касается ее лица.

— Посмотри на меня.

Рейн открывает глаза. Перед ее взором предстает девица, не старше ее самой, но с абсолютно белой кожей. Утонченные линии лица, выдают в ней благородное происхождение, или по крайней мере то, что девушка следит за собой.

Первые секунды образ хозяйки пугает легионера, но она не позволяет себе отстраниться от ее руки.

— Славная тушка, — осматривает Изанами лицо и тело легионера. — Теперь понятно, как тебе удалось все это провернуть. Ты довольно красивая, что не скажешь о твоей силе. Хотя чего я ожидаю от пятьсот двадцать шестого легионера?

Рейн продолжает молчать. Она уже ничего не понимает в происходящем. Новая хозяйка с ней заигрывает, или на что-то указывает? Непонятно. А еще что она такое провернула, что сама не знает, и причем здесь ее внешний вид?

— Встань, — приказывает Изанами, Рейн подчиняется. — Теперь дай мне свою руку.

Легионер послушно вытягивает вперед правую руку. Изанами за секунду вгрызается в плоть своими клыками. От резкой боли Рейн вскрикивает, на что не может не обратить внимание госпожа.

Вдоволь вытянув кровь из легионера, она резко откидывается головой назад и вверх устраняются кровавые потоки. Рейн пугается происходящему, но четкий приказ:

— Не двигайся.

Заставляет повиноваться.

Кровавые потоки не падают на пол, а медленно продолжают течь вверх и по кругу, создавая собой неясное действие. Изанами пальцем прижимает рану подчиненной и тут же ее руку обдает мертвым холодом. Рейн со слезами обращает внимание на лицо своей хозяйки.