Старик вернулся в комнату и начал рыться в дорогом резном столе. Затем он медленно пошел в сторону молодого принца. После того, как хозяин отказывается от дампира и у него нет нового господина — без печати дампир мог бы сбежать. Но, увы, и это всегда предусматривалось.

Дампирку уложили на какой-то прямоугольный стол — чем-то немного напоминающий артефакт из древних сказаний — стол жертвоприношений. Резной, черный, из гранита. На нем просвечивались изредка письмена, сделанные несколько сотен тысяч лет назад. На столе-то и спала девушка. Руки были расположены вниз по телу и закреплены цепями. Так же как и ноги. Но это ее не стесняло — видимо, в сражении она сильно устала. Еще бы. Битва не на жизнь, а на смерть.

Деймон подошел к изголовью — туда, где стояла внушительных размеров нефритовая чаша. Взяв старинный кинжал, лежавший рядом, принц полоснул себя по вене, и его почти черная, иссиня кровь заструилась по руке. Чаша очень быстро наполнилась, и Деймон зализал свою рану — даже шрама не осталось. Теперь ход мастера — с его иглами и свечами. Мастер, подойдя к столу, даже спросил с толикой удивления:

— Девчонка? — затем стал осматривать. — Хорошо натренирована, — сделал вывод он, оглядывая ее. — В ужасном виде, правда, и измождена. Как давно хозяин прервал связь?

— Несколько минут назад.

— А это тот самый клан… Весьма надоедливый. И вообще, если можно назвать этот сброд таковым, — продолжил старик, все это время работая. Темная острая иголка была уже накалена. Теперь в ход пошла кровь наследника. — Хозяин мертв?

— Он откупился этой дампиркой. Скорее жив, чем мертв.

— Хах, ничтожество. И как дампир попал к таким? — не без удивления отметил старик, — что с ней было, что она не реагирует на боль от наложения печати? — поинтересовался он, вшивая новую, кровью-нитью принца.

— Это так необходимо для обряда? — недовольно ответил вопросом на вопрос Деймон — его уже начала раздражать болтливость мастера.

— Нет, просто интересно, — так же невозмутимо ответил он, вшивая кровью печать.

«Черт бы тебя побрал. Понятно, почему ты так дружен с отцом», — Деймон хмуро наблюдал за его действиями.

— Сам не догадаешься?

— Все готово, — ответил старик, не обращая внимания на принца. Деймон подошел поближе к Елене и стал осматривать ее.

— Она исполнит любой мой приказ?

— Теперь — да, с этой минуты она — ваш шевалье. На ней печать вашей крови, — ответил старик, собирая инвентарь для обряда. — Вот только не мешало бы ее привести в порядок и дать отдохнуть.

— Это уже не твоя забота, — несмотря на то, что девушка была в ужасном состоянии, Деймон перекинул ее через плечо, как собственность и направился к себе.

«Такая легкая, как она вообще решилась на сражение, да еще и выжила?»

Керин в его комнате уже не было — придя в себя после позорного соблазна, она поспешила удалиться не только из его покоев, но и из самого замка. Она понимала, что больше ей тут делать нечего. Но это пока. Может быть, вскоре она вернется сюда снова.

Деймон небрежно опустил Елену в кресло, а сам позвал прислугу и приказал сменить белье в его постели — на подушке были видны свежие следы слез, а одеяло и простыня пропитались кровью. Пока его приказ выполняли, принц решил принять ванну. Будучи уже в одном халате, проходя мимо дампирки, он задумчиво на нее посмотрел и, взяв на руки, понес с собой — нужно было привести ее в порядок. Стоило принцу ступить на ледяной пол купальни, как он тут же почувствовал чужое присутствие. Этот кто-то был ранен и запах его крови выдавал его с головой.

Кровь дампира. Почувствовав ее, Деймон удивился — она снова была такой, словно он уже «пробовал» ее. Готовая, выдержанная и желанная. Если бы он не насытился кровью ранее, то непременно бы устроил перекус прямо здесь. Но дампиры ценны, и даже этот беглец не исключение.

«Полежи здесь, проблемная дампирка», — он опустил ее на холодный пол, а сам, перешагнув через нее, пошел на встречу своей «засаде».

Схватка была недолгой. Хоть многие вампиры слишком сильно полагались на своих шевалье и не тренировали свое тело, Деймон был не таким. Он не уступал дампирам, изнуряя себя каждодневными тренировками. Обезвредив беглеца захватом, он заметил, как изменилось лицо дампира — лежа на полу, и не имея возможности пошевелиться, он с ужасом и отчаянием смотрел на девушку, лежавшую неподалеку. Точнее не на нее, а на новую печать на ее плече. Деймон видел, что внутри дампира происходит борьба с самим собой — он пришел сюда, только потому что Елена всегда хотела свободы, и это был ее шанс. Но он опоздал.

— Отпусти. Я умею проигрывать, — покорно сказал он, расслабляя свое тело.

Вскоре беглец был передан страже, а Деймон вернулся к своей новой шевалье. Елена, лежавшая на холодном полу продрогла и попыталась пошевелить плечом, которое жгло из-за новой печати. Она пару раз глубоко вздохнула и открыла глаза, но по-прежнему даже это ей далось с трудом. Она, все еще лежа, стала оглядывать комнату весьма замутненным взглядом.

— Проснулась, дампирка? — Деймон наблюдал за ней, стоя неподалеку.