— Тогда она не была готова. — легко ответила Фатима, считая это само собой разумеющимся.

— К чему?

— К замужеству, к семейной жизни, ко всей этой ерунде. — ответила женщина, кладя руки на колени. — Тогда она была молодой девушкой, не успевшей насладиться своей свободой.

— Значит, теперь она готова? Нагулявшись стала готова к замужеству?

Вместо ответа Фатима вскочила со своего места и подлетев к девушке дала пощечину. Посчитав это малым, она схватила девушку за плечи и начала трясти, крича: — Как ты смеешь? Как смеешь так говорить о моей дочери?

— Разве я не права? — спросила девушка спокойным голосом, вставая со своего места и становясь напротив тети смотря той прямо в глаза. — Ваша дочь сбежала с собственной свадьбы, из-за мнимой свободы которую не пожелала потерять, подставив свою сестру. А вы, её мать, вместо того чтоб отговорить её — помогли. И сейчас спустя столько времени она вернулась и требует отдать ей её жениха? По-вашему, она его в камеру хранения сдала или что?

Вместо ответа Фатима еще раз замахнулась чтоб ударить девушку, но та перехватила ее руку и оттолкнула. Женщина же в шоке смотрела на нее. За всю жизнь ни разу не было такого чтобы эта девчонка возражаю ей. Так что же произошло?

— Первую пощечину я вам позволила лишь потому, что вы были моей тетей, женой дяди Халида, но на этом все. — ответила Самира, смотря ненавидящим взглядом на женщину, стоявшую перед ней, на женщину которую считала своим близким человеком. — Но на этом все. этой пощечиной вы разорвали все узы между нами. Что касается моего брака — это касается только меня и моего мужа. Ни вы, ни ваша дочь никто либо ещё не имеет право вмешиваться в это. И передайте своей дочке — пока я жива она никогда не получит моего мужа. а теперь уходите.

Фатима же, постояв на месте какое-то время, всматриваясь в лицо девушки, схватив свою сумку выскочила из квартиры. Не успела дверь захлопнуться как она резко залетела обратно и показывая на девушку указательным пальцем правой руки прошипела, после чего обратно вылетела из квартиры, уже безвозвратно: — Ты об этом еще пожалеешь.

После ухода женщины Самира упала обратно в кресло после, зажав двумя руками рот, зарыдала. Это был конец. В глубине души она надеялась когда-нибудь восстановить отношения с тетей, но как показала время этому никогда не бывать.

Почувствовав руку на своей голове Самира вздрогнув подняла голову. Над ней стояла Алекс, положив руку ей на голову. Как и обычно она стояла ничего не говоря, но лишь её присутствие придавала Самире силы. Девушка крепко обняла ту за талию, благодарная за все.

Саид не помнил первую встречу с Самирой, но хорошо помнил вторую. Та встреча отпечаталась в его памяти навсегда. Эти большие черные глаза, смотрящие на него с долей страха и надежды. Он помнил, как она, совсем юная, крепко обняла его, сама, не понимая, что делала. В ту секунду, даже не увидев её лица, в голове пронеслась мысль, что он всю жизнь будет защищать её.

Тогда еще подросток не совсем понял значения таких мыслей. Для него она казалось еще маленькой девочкой. Никаких мыслей не могло быть чтоб смотреть на нее в романтическом плане. Несмотря на это Саиду нравилось проводить с ней время.

Каждый вечер парень с нетерпением бежал в парк чтобы увидеться. Саид даже специально поменял время тренировок чтоб освобождаться пораньше и приходить в парк раньше брата с сестрой. Ему нравилось встречать Самиру и видеть её улыбку, появляющуюся на губах при виде него.

Когда Саид задерживался на тренировках начинал сильно нервничать, если знал, что и Имран еще не освободился. Это значило — Самира будет одна ждать их. Мысль эта была столь ненавистна ему, что, когда такое случалось бежал до места встречи, сломя голову. Когда Саид делился с ней о переживаниях, Самира только храбрилась и смеялась над парнем. Говоря «я не такая трусиха, и мне не страшно одной вас подождать». Но это никак не влияло на переживания парня о ней.

Была еще одна причина почему Саид поменял время своих тренировок — подольше погулять с Самирой наедине. Хоть ему и нравилось, когда они гуляли втроем, шутя, веселясь и болтая, но все же больше всего радости ему доставляло время, когда они с Самирой были вдвоем. Саид мог говорить с ней обо всем, рассказывать все секреты и мог быть уверен она поймёт и поддержит. Но еще больше ему нравилась её улыбка, предназначенная лишь для него.

Когда Самира улыбалось Саиду казалось словно глаза её загораются словно звезды на ночном небе. Маленькие мерцающие звезды. Он желал, чтоб они горели лишь для него, и относился ревностно даже к Имрану, к её брату, когда улыбка эта предназначалась ему.

Даже когда Мансур предложил ему стать одним из хранителей, Самира была первой кому он захотел рассказать. Он тогда уже встречался с Сабиной. Дело даже шло к свадьбе. Но вместо желания поделиться с невестой первой мыслю было посоветоваться с Самирой. Они тогда перестали проводить время друг с другом, гуляя по вечерам. И к сожалению, как бы сильно он не старался, так и не смог увидеться с ней.