Родители не виноваты в произошедшем. Они тоже жили столько лет в агонии от потери детей. Да и вообще Алекс было легче всех, потеряв память забыла и жила себе спокойненько. А потеряла ли вообще, интересовало Самиру очень сильно.

Правильно говорят, что предписано Аллахом никто не знает. В то время как Ади мучилась от потери родителей, Алекс жила в спокойствии и мире. Когда старшая, училась жить без близких людей, младшая создавала свою семью из незнакомцев.

Неужели у неё не было, и нет никаких чувств, к людям, подарившим жизнь?

Насколько Ади нравилась Самире, настолько же была неприятна Алекс. Она считала ту эгоисткой, живущей лишь для себя и в своё удовольствие.

Пока Самира стояла у дверей комнаты, выделенной для родителей Ади, обдумывая предстоящий разговор, дверь открылась и появился силуэт мужчины. Увидев в дверях девушку, Кристофер остановился, и уставился на неё словно не ожидал увидеть здесь кого-либо, а после отошёл от двери чтоб пропустить в комнату и задал вопрос:

— Ты что-то хотела?

— Я…Мне бы хотелось поговорить с вашей женой, если можно. — ответила девушка заикаясь. Самира не знала почему, но каждый раз при виде этого мужчины ей становилось некомфортно и единственной мыслю в голове было — сбежать. Она не понимала, почему так реагирует, и пыталась, что-то с этим сделать, но получалось из рук вон плохо.

— Да конечно, — ответил тот, кивнув головой, и ещё дальше отошел от двери комнаты, пропуская гостью. — О Аделине?

— Спасибо. — поблагодарила девушка, заходя и кивая головой на заданный вопрос. Как только Самира зашла мужчина вышел и закрывая за собой дверь прошептал:

— Не буду мешать.

— Спасибо. — повторила та снова, выдавив улыбку. Тот же кивнув ей закрыв дверь за собой ушел.

Девушка развернулась спиной к двери и обвела комнату взглядом, ища ту, с кем хотела поговорить. Комната эта, как и все в доме хранителей, были в темно-серых тонах, с минимальной обстановкой. Серые стены, коричневая мебель, состоящая из большой двуспальной кровати, двух тумбочек, с обеих её сторон, большой шкаф с права от кровати и комод с зеркалом, в левом углу комнаты.

Хозяйка комнаты лежала на кровати с закрытыми глазами и белой тряпочкой на лбу. Подойдя поближе, Самира заметила небольшой тазик на тумбочке у кровати, и поняла, что Амелия лежала с холодным компрессом. Она успела пожалеть, что пришла и побеспокоила ту, и уже думала о том не лучше ли будет сейчас уйти и зайти попозже. В этот момент женщина на кровати открыла глаза и посмотрела на неё расфокусированным взглядом.

— Аделина, доченька моя. — прошептала та, слабым голосом, протягивая к ней руки.

— Я не Аделина, а Самира. — ответила гостья, подходя поближе к постели, чтоб женщина смогла рассмотреть её. — Возможно, вы не знаете меня. Я невестка Кемаля, жениха Ади.

— А да, да. — ответила Амелия, приподнимаясь со своего места. Самира подойдя поближе помогла той принять сидячее положения. Женщина села облокотившись спиной о изголовье кровати, и подложив подушки под спину. Та поблагодарила Самиру за помощь, на что девушка лишь кивнула головой.

Не зная, как именно следует начать разговор Самира обвела комнату взглядом, ища, на что можно было бы сесть, но так ничего и не найдя вернулась взглядом к женщине, восседавшей на кровати.

Все гостевые комнаты в особняке были обставлены по минимуму. И лишь жилые комнаты обставлялись хозяевами как им хотелось. Она точно не знала, как каждый из жильцов дома обставил свою комнату, так как не заходила в них, но надеялась, что у них мебели побольше чем здесь.

Поняв, о чем думает гостья, Амелия предложила присесть на кровати, та, понимая, что других вариантов нет, села на предложенное место поблагодарив.

Самира не знала как лучше начать разговор. Она не хотела влезать в отношения родителей и детей, но также понимала, что так продолжаться не может. Ведь если так пойдёт Ади вообще не выйдет из комнаты. А если вспомнить, что ещё и отказывается от еды, то это плохо отразиться и на здоровье. За такое короткое время они успели подружиться, и она не хотела, чтоб с той, случилось что-либо. А ещё волновалась, что свадьба может быть отложена.

— Как Аделина? — спросила мать Ади, нарушая тишину.

— Я пришла попросить вас… — начала Самира, но так и не смогла закончить предложение, не зная точно, о чем хочет попросить.

— О чем? — удивленно посмотрела на неё женщина. — Я очень хочу помочь, свой дочке. Буду рада сделать, хоть что-то для неё. Так скажи же мне, чем я смогу помочь? Мне так плохо, оттого что я тут лежу — беспомощная, когда так нужна своей малышке.

— Поговорите с ней. — выпалила Самира.

— Поговорить? — удивлённо переспросила та. Словно не понимая значения произнесённого слова. — О чем поговорить?

— Ади… — начала Самира и замолкла. После, сделав глубокий вдох продолжила. — С тех пор как Ади и Алекс поругались…с тех по, как Алекс ушла, Ади не выходит из комнаты. Она просто сидит на одном месте и смотрит в одну точку. Мы все пытались достучаться до неё, объяснить, что она ни в чем не виновата. Но она не слышит или не хочет слышать никого. Она просто… просто сидит и смотри на свои руки. Мы все очень волнуемся за неё. Но никто из нас, даже Кемаль, к сожалению, не можем до неё достучаться. Поэтому я хотела попросить вас, от лица всех близких вашей дочери, поговорить с ней. Помочь нам вернуть вашу дочь. Бэлла и Амира сказали, что это было первый раз, когда ваши дочки поругались и, наверно, поэтому Ади так сильно переживает. Поэтому, прошу, проговорите с ней.