— Наелась? Может ещё чай?

— Нет, и так чувствую себя беременной каракатицей, — хихикаю. Михаил убирает грязные кружки в раковину, споласкивает и говорит такое, отчего сердце перестаёт биться.

— Хотел бы тебя увидеть беременной.

Слова мужчины затрагивают самую глубину души и на мгновение я перестаю дышать. Вот зачем он так? Как теперь рассказывать грязную семейную историю после таких чистых и трогательных откровений. Сглатываю вязкую слюну и начинаю свой непростой рассказ.

24.

— Я не хотела возвращаться к мужу. Мне пришлось.

Миша начинает хмурится, но не подгоняет меня. Дает собраться с мыслями. За что я ему очень благодарна. Перевожу взгляд куда-то в пустоту и продолжаю.

— В тот день, когда я вернулась со свидания с тобой, не ожидала его увидеть у нас дома. Я ему сказала, что хочу подать на развод. Но Игорь был пьян и…

Делаю паузу. Тяжело вспоминать тот день. Будто снова оказываюсь в том времени. С кислым запахом пива и пьяным мужем на диване. Перестаю замечать, что нахожусь сейчас в совершенно другой квартире с кардинально другим мужчиной напротив и рассказываю дальше.

— Он отказал мне в разводе. Заявил, что если я пойду с ним судиться, то он отберет сыновей. Я не приняла его слова всерьёз и сказала, что детей всегда оставляют с матерью. Тогда он меня решил припугнуть бандитами. Если судья рискнет отдать мальчиков мне, её замочат. Никто не станет связываться с бандитами, — выдыхаю я. — Представляешь, что я почувствовала? Меня сковал страх за своих родных. И я решила, что лучше пока оставить всё как есть.

Шли тягостные минуты молчания. Я не поднимала своего взгляда от стола, боясь столкнуться с осуждением зачем я втягиваю его в это болото. Выдыхаю лишь, когда Михаил заговорил:

— Он поднимал на тебя руку?

Я утыкаюсь в свои ладони и молчу. Врать не хочется, но и сказать такое язык не поворачивается.

— Понятно.

— Синяков нет, — выдавливаю из себя.

— Это ты его сейчас так оправдываешь?

— Нет конечно. Просто не хочу, чтобы ты марался о него.

— И не собирался. У меня другие методы.

Смотрю на Мишу и вижу хищника, готового совершить опасный прыжок. Ни отвращения, ни омерзения, ничего такого. Только холодная собранность.

— Ты слишком спокоен, слушая мою историю.

— В принципе чего-такого я ожидал, — ошарашивает меня мужчина.

— Как?

— На следующий день ты пришла на работу сама не своя. Нервничала, кусала губы, теребила юбку. Вер, я тебя уже достаточно изучил за то время, пока мы работаем вместе. Было очевидно, что ты чего-то боишься. От меня ты вообще постоянно прятала взгляд.

— Почему сразу не сказал?

— Ждал, когда ты сама будешь готова раскрыться мне. Я не тиран. Хочу, чтобы моя женщина сама мне доверилась.

— А если бы так и не рискнула.

— Месяц.

— Что?

— Я дал тебе месяц. Потом бы вмешался против твоей воли. Но по-твоему лицу было очевидно, что долго ты не протянешь.

— Всё это время я на месте не сидела. Инка мне адвоката нашла. Сказала, что хорошего.

— Умница. С адвокатом я сам поговорю, если дойдет до этого. Тебе не надо ввязываться. И с этого дня забудь про проблемы с мужем. Я всё решу сам.

— Миш, зачем тебе это? — в шоке смотрю на мужчину, которого я узнала совсем недавно. Но который стал для меня всем.

— Вер, я человек действия. Не люблю всех этих цветистых фраз. Прости, как не умел, так и не научился. Скажу лишь раз и запомни, пожалуйста, повторять больше не буду. Потому что это останется неизменным, — я утопала в тягучем взгляде мужчины, ожидая те самые слова, которые ждет каждая женщина. — Вер, ты мне стала дорога с того момента, как переступила порог моего кабинета. С каждым днем я лишь убеждался в том чувстве, которое тогда зародилось. И хоть я и был уверен, что больше никогда не смогу полюбить. Но ты смогла ворваться в моё холодное сердце. И раз уж так судьбе угодно, теперь ты там навсегда. А значит я не смогу тебя отпустить. И не хочу. Вер, я люблю тебя.

Мои ладошки заледенели, а из глаз потекли две соленые дорожки. Миша присел на корточки рядом со мной, вытер мои глаза и поцеловал. Такие простые слова. А сколько в них силы, глубины. Сколько в них правды. Я и сама никогда не захочу уйти от этого мужчины.

Миша поднимает меня на руки и относит на диван. В этот раз происходит всё медленно и нежно. Мужчина меня возносит до небес и не раз. Мне кажется, что я нахожусь в какой-то сказке. Ведь так не бывает. Или бывает?

Мы снова лежим в обнимку и это становится приятной традицией. Я даже не сразу вспоминаю, что мне снова пора домой. Игорь наверняка зверствует и шлет меня трехэтажным матом. Но мне сейчас так хорошо, что я отгоняю от себя тяжелые мысли.