Я делаю мысленную пометку зайти позже к старому мистеру домовладельцу как раз в тот момент, когда палец Бри отпадает от моего рта. — Серьезно, не волнуйся! Я что-нибудь придумаю, как всегда. Но сейчас я приму немного ибупрофена и приготовлю лед между занятиями. Я в порядке. Обещаю.

Поскольку я всего лишь ее друг, у меня нет другого выбора, кроме как поднять руки в знак капитуляции.

— Хорошо, я отпущу это. Я больше не буду спрашивать, могу ли я дать тебе денег.

Она наклоняет милый, надменный поподбородок.

— Спасибо.

— Эй, Бри?

— Да? — подозрительно спрашивает она.

— Ты хочешь переехать ко мне?

Она громко стонет и откидывает голову на диванную подушку.

— Натттаааааааааааааанннн. Отпусти ситуацию!

— Серьезно, подумай об этом. Мы оба ненавидим твою квартиру…

— Ты ненавидишь мою квартиру.

— Потому что она непригодна для проживания людей! Я на тысячу процентов уверен, что там плесень, лестница такая липкая, но никто не знает почему, и этот ЗАПАХ! Что это такое?

Она морщится, точно зная, о чем я говорю.

— Кто-то подозревает, что это енот пробрался между стен и умер, но мы не можем быть уверены. Или… — Её глаза бегают. — …это может быть мертвый человек.

Последнее слово она бормочет, и я подумываю взять ее в заложники и заставить жить в моей чистой квартире без плесени против ее воли.

— Лучше всего то, что если бы ты жила здесь, тебе не пришлось бы платить арендную плату, и тогда тебе не нужно было бы столько зарабатывать в студии.

Это лазейка, способ сократить расходы, не принимая от меня ни цента.

Бри так долго задерживает мой взгляд, что я думаю, что она колеблется.

— Нет.

Она иголка, а я полный шарик.

— Почему? Ты уже практически живешь здесь. У тебя даже есть своя комната.

Она держит корректирующий палец.

— Гостевая комната! Это гостевая комната .

Это ее комната. Она заставляет меня назвать это комнатой для гостей, но у нее там есть запасная одежда, несколько ярких декоративных подушек, которые она добавила сама, и несколько предметов косметики в ящиках. Она спит здесь по крайней мере раз в неделю, когда мы слишком поздно ложимся спать, смотрим фильм, и она слишком устала, чтобы идти домой пешком. Да, это еще одна вещь — ее квартира находится всего в пяти кварталах дальше по улице (да, пять кварталов — это огромная разница в таком большом городе, как Лос-Анджелес), так что мы практически уже соседи по комнате, только что разделенные сотнями других соседей по комнате. Логика.

— Нет, и я серьезно — брось это, — говорит она тоном, который дает мне понять, что я медленно приближаюсь к территории нахального придурка-лучшего друга, и мне нужно остыть.

У некоторых может возникнуть соблазн подумать, что моя работа на полную ставку — профессиональный спортсмен. Неправильный. Это заставляет себя вести себя в этой серой зоне с Бри, где я без ума от нее внутри и ничего, кроме платонического парня-друга снаружи. Это жестокая форма пытки. Он смотрит на солнце и не моргает, хотя и горит как в аду.

О, и я упоминал, что случайно видел ее голой несколько недель назад? Да, это не помогло. Бри не знает, и я не собираюсь ей говорить, потому что она станет очень странной и будет избегать меня целую неделю. У каждого из нас есть ключи от чужой квартиры, так что я вошел, как всегда, но на этот раз я забыл сказать ей, что приду. Она вышла из ванной голой, а затем вернулась, так и не увидев меня, стоящего в коридоре, подметающего пол челюстью. Я тут же развернулся и ушел, но тот прекрасный образ сожжен — нет, нечто лучше, чем сожжен… выгравирован, переписан, увековечен в моей памяти навсегда.

— Назови мне хоть одну вескую причину, по которой ты не хочешь здесь жить, и я отпущу ее навсегда. Честь разведчика. Я поднимаю правую руку.

Бри смотрит на неё, старается не улыбаться, а потом опускает мой мизинец и большой палец.

— Ты не бойскаут, так что твоя честь ничего не значит, но я не могу переехать к тебе, потому что это было бы слишком странно. Вот я тебе и ответила. Теперь ты должен бросить это.

Бри вскакивает с пола, и на этот раз я отпускаю ее. Ее кудрявый конский хвост развевается позади нее, свободные пряди прилипают к поту на ее шее, когда она идет на кухню.

Я иду следом, еще не готовый оставить тему разговора, потому что думаю, что наконец-то нашел настоящую причину.

— Для кого это было бы странно? Ты или Мартин ? Наверняка он знает, что между нами ему не о чем беспокоиться. — Мне сильно не нравится ее парень. Он не заслуживает ее. Я имею в виду, я тоже ее не заслуживаю, но это не имеет значения. Какой придурок согласится с тем, что его девушка живет в опасном здании, и не предложит ей переехать к нему?

Глаза Бри отрываются от моих, ее рот изгибается в сторону. Она что-то обсуждает, и я приподнимаю брови, чтобы подбодрить ее.