Не успела опомниться, как громила настиг меня и начал грубо сдирать платье, я только слышала, как ткань жалобно трещит по швам. Мои жалкие попытки отбиться ублюдок даже не замечал, и вот я уже лежала по пояс голая, безуспешно пытаясь закрыть руками обнаженную грудь.

Впервые я пожалела, что перестала носить бюстгальтер. С некоторых пор в нем отпала всякая необходимость. Да и мне просто нравилось так, я обожала свою грудь, гордилась ею, как, впрочем, и всем своим телом. Мне стоило немалых усилий довести его до совершенства. Только теперь впервые я горько пожалела и об этом. Возможно, если бы я оставалась обычной девушкой с обычной внешностью, эти нелюди не проявили бы ко мне интерес, не похитили бы меня и не сломали бы мою жизнь без всякой возможности восстановления.

– Что здесь происходит? – выхватил меня из оцепенения смутно знакомый низкий голос с хрипотцой, и я снова начала яростно отбиваться, но лысая тварь и без того вдруг сама отступила.

Получив свободу, я резко подскочила на кровати, уже привычными движениями быстро забившись в угол, и кое-как прикрыла ладошками грудь.

Дверь в мою камеру была распахнута, на пороге стоял тот самый "головорез", и я обрадовалась его появлению так, что готова была завопить от счастья.

Не знаю, с чего я вдруг решила, что он захочет мне помочь, а не присоединится к дружной компании моих экзекуторов.

Повисло минутное замешательство. В другой ситуации я бы даже могла подумать, что эти две твари смутились, но вряд ли таким, как они, могут быть свойственны подобные эмоции. Первым очнулся Кара и заговорил, щедро приправляя голос приторной интонацией:

– Да вот, тёлочку объезжаем! Знали бы, что ты так быстро вернёшься, подождали бы. Но ты ничего не пропустил, она пока ещё брыкается, так что присоединяйся.

– Семён распорядился? – сухо уточнил «головорез».

– Да нет, ему-то нахуй это! – хохотнул рыжий сукин сын.

– Тогда какого хрена? – не меняя тона, так же сухо поинтересовался мой спаситель.

– Шутишь? Ты посмотри на неё! – с искренним возмущением воскликнул Кара. – Когда ещё выпадет шанс выебать такую первосортную тёлку?!

«Головорез» переключил свое холодное внимание на меня, заставляя непроизвольно сжаться в комок. Бегло прошёлся глазами по всему моему полуобнажённому телу, задержав внимание на разбитых губах, и я вся затряслась от своего гнетущего, беспомощного состояния, многократно обострившегося от этого беспощадного взгляда. Снова стало очень страшно. Что если он согласится на предложение рыжей мрази к ним присоединиться? Что если я ошиблась, и он ничем не отличается от этих двоих?

Но, к счастью, мои опасения оказались напрасными. Похоже, этот человек со страшными темными глазами рассматривать предложение рыжего в принципе не собирался.

– Если не было приказа, тогда сворачивайтесь и на выход, – потребовал он не терпящим возражений тоном, наконец, оторвав от меня свой угнетающий взгляд.

– Да завязывай! – со скепсисом отозвался Кара, мерзко растягивая гласные. – Если мы её помнём немного, Семёну это даже на руку будет!

В этот момент я, кажется, даже перестала дышать. Наверное, гораздо проще смириться со своей участью, когда шанса на спасение вообще нет, чем когда он вдруг появляется, а потом неумолимо тает на глазах. Ужасно хотелось как-то повлиять, что-то придумать, может быть, сказать им… Чтобы это сыграло в мою пользу, да только мозги уже плавились, а придумать я ничего так и не смогла. Вряд ли какие угодно мои слова или действия могли бы повлиять на решение этого сурового мужчины, и мне оставалось лишь надеяться на чудо и молиться, мысленно проклиная свое бессилие.

Однако я и представить себе не могла, насколько этот мужчина окажется принципиален.

– Тебе платят за чёткое выполнение инструкций, а не за хренову самодеятельность, – равнодушно заметил он, одним взглядом подавляя прыть своего собеседника. – Собрались оба и пошли на выход.

Его голос прозвучал спокойно, без каких-либо эмоций, но вызвал очень острую ответную реакцию. В этой слишком тесной для трёх здоровых мужиков комнате повисло такое напряжение, что, кажется, я даже физически его ощутила. И спустя мгновение снова услышала ненавистный бас лысого верзилы, лица которого я не видела, но по интонациям в голосе чувствовалось – он просто в бешенстве.

– С хуя ли ты тут раскомандовался, слышь? Что-то не припомню, чтобы Семён тебя старшим назначил?!

– Ты серьёзно думаешь, мне нужно чьё-то назначение? Если вы, два дебила, думаете хуями, а не головой? – И снова он произнёс эти слова абсолютно спокойно, лишь едва заметно прищурив свои страшные глаза.

Я переключила свое напряженное внимание на лысого, который оставался стоять на месте, но всем корпусом подался вперёд, словно готовился к прыжку.

– Да ты кто, блять, вообще такой, чтобы так базарить?! На кого пасть свою разеваешь?! Без году неделю на Семёна батрачишь, а уже на тот свет захотелось?! Так ты скажи по-нормальному, я, блять, с удовольствием поспособствую…

– Ладно тебе, Серый, угомонись. По сути, прав же он, – неожиданно вклинился между ними Кара, как видно, почуяв беду. – Мы ведь правда здесь дело делаем, а потрахаться можно и в другом месте. Не обессудь, Палач, мы уже уходим.

– Ты серьёзно, Кара? – возмущенно прогромыхала лысая тварь. – Решил пресмыкаться перед этим долбоёбом? Дело, конечно, твоё. А я хуй куда отсюда уйду, пока не получу своё.

Он демонстративно развернулся и с пронзительным скрипом пружин уселся на мою кровать. Я не успела среагировать, как он схватил меня за локоть и притянул к себе так резко, что с моих губ непроизвольно сорвался испуганный вопль. Снова попыталась отбиваться, но куда там. Эта лысая гора мыщц ловко пресекла все мои попытки, обездвижив обе моих руки своей одной. После чего его свободная лапа грубо вцепилась в мою оставшуюся без защиты грудь, болезненно сминая её до такой степени, что я завыла.