Покойся с миром, ублюдок. Это тебе за Анатоля и Снежина с Броневым. А «Вершитель» твой я заберу и сломаю на всякий случай. А то вдруг, как в плохоньком триллере, оживёшь вопреки всему и явишься со своей ковырялкой в самый неподходящий момент.

По-хорошему, загнать бы тебе эту кривую железяку в печень да провернуть пару раз. Но для меня такое уже чересчур.

Приставил кинжал наклонно к стене и со второй попытки переломил лезвие каблуком. Порядок. Ну и где тут моя трость?

Подхватил, сунул под мышку и уже на бегу проверил, сколько у меня осталось патронов в магазине.

Не богато. Всего четыре и плюс один уже в стволе. Непривычно заострённые пули серого цвета. Прямо как бронебойные. Местные умельцы решили, что так будет лучше. А вот гильзы, похоже, взяли родные латунные. Скорее всего, насобирали мной же и отстрелянные.

Блин, Рогов! Неужели и он с ними? Или Ашинские использовали деда в тёмную? Сильно уж тот к своим железкам привязан, а от жизненных реалий оторван. Во всех бедах эльфов винит. Хотя грандлорд, сука, меня однозначно надул, соврав про Шварца.

Значит, эльфы всё же связаны с заговорщиками. А Шварц с Клариусом назначены изгоями для прикрытия. Мерзавцы хитрожопые!

Впереди обитая железом массивная дверь. Запертая. Причём явно с той стороны — здесь даже скважины для ключа не видно.

Подёргал, постучал. Ну а что, плечом или пинком такую дуру не вынесешь, а тратить пули на раскурочивание запора жалко. Тем более, куда для этого нужно целиться, вообще не ясно.

Скрежетнула задвижка. Я чуть попятился, отодвигаясь от распахнувшейся двери, и встретился взглядом со здоровенным кирасиром.

Вот это лось! Он же почти на голову меня выше. А за спиной ещё один такой же. Личная бронированная гвардия герцога.

Открывший дверь охранник шагнул вперёд, полностью загораживая дверной проём. Солнечные блики заиграли на его полированных шлеме и панцире.

— Чего тебе? — суровым басом поинтересовался этот железный дровосек.

Чтоб поймать его взгляд, пришлось задрать голову:

— Я к герцогу.

— Не положено.

— Управление сыска, — показал я значок. — Его светлейшество в опасности!

— Не положено! — ни служебная бляха, ни мои форменные китель с фуражкой охранника не впечатлили.

— Чего заладил-то, как попугай?! Говорю же, в опасности герцог. Его младший Ашинский захватил. Пробегали они мимо вас? Да пропусти ты уже меня!

Кирасир глянул на меня, как на умалишённого, и ухватился здоровенной лапищей за рукоять сабли:

— А ну-ка, прочь! Сказано, не положено!

— Сам ты прочь с дороги, тупой дуболом! — взорвался я, но на всякий случай отступил на шаг. — Твоего герцога сейчас убьют, идиот!

Что это? Тупая упёртость служаки или измена?! Охрана заодно с Ашинскими?

Бронированный лось потянул саблю из ножен, надвигаясь на меня.

Выхода не оставалось — выстрелил ему в грудь, целя ближе к правому плечу. И тут же рванул вперёд, отчаянно щемясь между косяком и пошатнувшимся кирасиром. Без раздумий пальнул во второго.

Где они набрали таких великанов?! Гренадёры хреновы.

С разбега, как защитник в регби, врубился плечом в живот гвардейца. Будто с фонарным столбом столкнулся. Хорошо, додумался за ноги его обхватить.

Не ожидавший от меня подобной прыти, кирасир поддался напору и, лишившись возможности отшагнуть, повалился на спину.

Сгромыхали мы знатно. Эхо загуляло по большому пустому залу с колоннами, что подпирали длинный балкон с балюстрадой.

Вскочил, потирая ушибленное плечо, и от души прописал ботинком по шлему ещё барахтающемуся раненому дуболому. Подобрал слетевшую фуражку.

В центре зала, как раз под балконом, гулко хлопнув, распахнулась дверь и к нам вломилась ещё одна пара доспешных охранников. Теперь хоть ясно, куда бежать.

Простите, парни, если вы тут ни при чём! Как там было в кино? Одна пуля — один враг. Потом будем разбираться, кто прав, а кто виноват. Надеюсь, останетесь живы.

Выцеливать, да ещё на бегу, ну его нафиг. Стрелял навскидку тупо в грудь, отбросив прочь сомнения. Не до них.

Пули прошивали стальные кирасы, словно консервные банки. Первый гвардеец тут же повалился, мне показалось, замертво. Второй устоял на ногах и попытался рубануть меня саблей.

Я вильнул, увернувшись, но чуть не врезавшись в колонну. Проскользнул впритирочку, отмахиваясь тростью, и бросился к дверям — попробуй догони!