Наконец, мы сели за столик друг напротив друга.

— Как заседание? — спросил Никита.

— Пока победа.

— Почему пока?

Я слегка махнула рукой.

— Долго объяснять…

Оба напряжённо замолчали. И только наши глаза вели свой собственный разговор.

— Как мама?

— Лучше. Намного. А как Илюха?

— Отлично.

— Отлично! Рад за него. У него самая лучшая мама…

Я смущённо опустила глаза, а когда снова взглянула на Никиту, сказала то, что уже очень давно хотела сказать:

— Я скучала.

— И я скучал… — и мы вновь замолчали.

— У тебя кто — то сейчас есть? — спросил Никита, по его напрягшимся скулам я поняла насколько сильно беспокоил его этот вопрос.

Я помотала головой.

— У меня никого не было после тебя… и не могло быть.

Никита сразу заметно расслабился, широкая улыбка озарила его лицо.

— А у тебя? — задала я встречный вопрос.

— У меня никого не было после тебя, и не могло быть, — повторил мои же слова.

— А как же Мадина?!

— А как же тот чувак с пляжа?! Я видел фотки, где ты с ним в машине чуть ли не…

Я c изумлением уставилась на него.

— Фотки?!?

И чуть ли не перебивая друг друга, мы начали по очереди рассказывать, что же случилось нами на самом деле.

— Господи, Никита! Как всё глупо и как нелепо! — воскликнула я, когда мы закончили. — Какие мы всё — таки с тобой дураки!

— Дураки — мягко сказано…

— Да уж… Слушай, давай уйдём отсюда! Поехали ко мне! Илюшка сейчас дома один, он будет безумно рад тебя увидеть!

Никита согласно кивнул.

— Поехали!

Лёгкое напряжение всё ещё сохранялось между нами пока мы ехали в машине и шли до дома: несколько месяцев вдали в обиде и непонимании не прошли даром — мы явно стеснялись сделать шаг навстречу друг другу.

Я тихонько открыла дверь квартиры, прижав палец к губам. Мы договорились, что внезапным появлением Никиты, сделаем Илье сюрприз.

— Сынок, я уже дома! Что делаешь? — крикнула с порога.

— В своей комнате, читаю!

— Молодец!

Никита бесшумно разделся и снял обувь.

— Пойдём, — прошептала я.

Илья сидел на полу, увлечённо уткнувшись в книгу.

— Сыночек, а у меня для тебя сюрприз!

Он оторвал голову от чтения, вопросительно на меня посмотрев. В этот момент, Никита вышел из тени коридора.

Глаза сына широко распахнулись, когда перевёл взгляд на Никиту. Вскочив на ноги, он пулей кинулся к парню.

— Никитаааа! — закричал Илья, крепко обнимая Никиту за талию.

— Привет, привет дружище!

— А Джек с тобой?!

— Нет, Илюх, не со мной… Джек у родственников, с ним всё хорошо, несколько раз в неделю вижу его по видеосвязи. Могу передать ему от тебя привет!

Я оставила ребят болтать в комнате, а сама ушла на кухню, чтобы включить чайник.

— А мы завтра уезжаем всем классом за город на целый день и всю ночь! Будем кататься на тюбингах! — слышала я из кухни как радостно голосил мой ребёнок.

— Дааа? Крутооо! Я бы тоже с удовольствием на горнолыжку смотался!

Мы замечательно провели вечер втроём, а когда настало время Илье ложиться спать, Никита тоже собрался на выход. Я проводила его до двери. Чувство неловкости вновь вернулось. Но он слегка развёл руки в сторону и я вошла в его объятия, как в родной дом. Никита долго не отпускал меня и медлил, как если бы ему нелегко было разжать объятия.

"Не уходи!" — чуть не вырвалось, когда он открыл дверь, но вовремя спохватилась, — не хотелось выглядеть слишком навязчивой и слишком влюблённой.

Счастливая улыбка весь день не сползала с моего лица. Утром я проводила Илюшку, строго предупредив, чтобы сын не расставался с телефоном ни на минуту, и обязательно звонил в случае любой непредвиденной ситуации, потом съездила в офис, поработала немного, навестила в больнице Олю, и — обратно домой.

Как примерная хозяйка, я надела фартук и встала к плите, ожидая Никиту. У него, как и у меня, днём были дела, мы договорились, что увидимся уже вечером дома. Но больше, меня волновало то, что должно произойти после ужина, если, конечно, до ужина дойдёт дело…