С утробным рычанием он двигает бедрами вперед, пока не упирается мне в глотку. Всхлипнув, я отдаю ему весь контроль.

Его толчки плавные и размеренные, и от желания почувствовать то же самое между ног, там начинается пульсация.

— Тебе нравится, Райан? Нравится, когда я трахаю твой голодный маленький ротик?

Расслабив горло и втянув щеки, стону, чтобы передать, насколько сильно мне нравится.

Застонав, он отстраняется.

— Хватит.

Я смотрю на него, тяжело дыша от вида плотского голода, бушующего в его темных глазах. Он прижимает руку к моей груди, побуждая вновь лечь на спину, затем раздвигает мне ноги, хватает под колени и устраивается.

— Скажи, что уверена, — хрипит он, глядя на меня сверху вниз. — Скажи, что хочешь этого, потому что, как только мы перейдем черту, это будет безвозвратно. Никаких сожалений, Райан.

Я ни за что не пожалею об этой ночи с ним, что бы из нее ни вышло.

— Я хочу этого. Я хочу тебя, — говорю твердо и уверенно.

Кончик члена толкается в мой вход за несколько секунд до того, как он полностью входит, медленно, но с болью преодолевая нетронутый барьер.

Я выгибаю спину, губы приоткрываются, весь воздух из легких вырывается одним плавным движением.

— Господи.

С губ Джастиса слетает проклятие, его мышцы напрягаются, когда он замирает глубоко внутри меня. Мириады эмоций отражаются на его лице, эмоций, которые я не могу понять. И никогда не видела у него раньше.

— Нормально? — одно слово вырывается сквозь стиснутые зубы.

Я киваю, хотя далеко не в норме. Я волнуюсь о том, что сделала со своим сердцем. Чувствуя его, отдавая ему часть себя, я боюсь, что только что потеряла то немногое, что у меня оставалось.

«Теперь он владеет каждой частью меня».

Он впивается пальцами мне в бедра, и начинает входить медленными, глубокими толчками, заполняя тело и сердце. Нежно, немного болезненно и, к сожалению, отстраненно. Сила эмоции в его глазах не отражается сейчас в его действиях, и хотя это всего лишь секс, я хочу большего.

Не отрывая взгляда от его глаз, тянусь к нему.

— Иди ко мне. Хочу, чувствовать тебя кожей.

Толчки замедляются, на его лице мелькает паника, прежде чем броня защиты захлопывается вокруг. Тяжело сглотнув, он медленно, с изрядной долей неуверенности опускается на меня, его жесткость встречается с моей мягкостью.

Он крадет мое дыхание и питает душу. Обвиваю руки вокруг его напряженной спины и крепко обнимаю. Он остается неподвижным, его теплое дыхание обдувает мою шею.

— Отдай мне ту часть тебя, которая не принадлежала никому другому, — умоляю, зная, что давлю на него, но ничего не могу с собой поделать. Когда все закончится, мне нужно за что-то держаться.

— Я уже это сделал, — слова звучат почти шепотом, так тихо, что я задаюсь вопросом, не ослышалась ли. Прежде чем успеваю это обдумать, он приподнимается надо мной и начинает двигаться.

Под весом наших тел матрас сдвигается, изголовье кровати колотится о стену, когда он жестко и глубоко входит в меня, беря то, что хочет, и отдавая больше, чем может выдержать мое сердце.

У большинства девушек в первый раз есть свечи и розы, у меня же есть Джастис Крид, и я люблю каждую секунду этого.

— Этого ты хочешь, Райан? Нахрен погубить меня? — спрашивает он грубым голосом.

— Да. — Это справедливо, потому что он погубил меня с того момента, как приехал в город.

Выражение его лица смягчается, и меня вознаграждают одной из сексуальных ухмылок.

— Что же, полагаю, нас двое. — Он сокращает остатки расстояния между нами, опускаясь губами на мои губы. Его толчки не ослабевают, пока он требует каждый дюйм моего тела — жестко, дико, без всяких извинений.

Сердцем впитываю каждую минуту, наслаждаясь тем, как его потная кожа скользит по моей. Впитываю все до тех пор, пока не могу больше сдерживаться. Он вцепляется зубами в мой сосок, сжимая нежную плоть в болезненном укусе. Ощущение выстреливает прямиком в клитор, накрывая с головой огненным наслаждением. Впиваюсь ногтями в его плечи, царапая влажную от пота кожу и с моих губ срывается крик.

— Это моя девочка. Кончай, Райан. Хочу, чтобы мой член пропитался влагой твоей узкой маленькой киски.

Оргазм сильный, и Джастис полон решимости продлить его, двигая бедрами под разным углом еще несколько раз, прежде чем застонать от собственного удовольствия и рухнуть на меня сверху.

Крепко его обнимаю, наслаждаясь ощущением теплого, обнаженного тела. Он поднимает голову, пронизывая меня взглядом в полумраке комнаты. Между нами повисает молчание, но оно говорит громче, чем слова.