Корабль обогнул форт, лег в галфвинд, после чего матросы подняли все паруса. Куда там шхуне! Бриг чуть не летел над водой, и Витька был уверен, что это — самый быстрый парусник в Мире.

— Узлов восемь, а то и девять! У меня есть надежда, что нам даже в бой, при случае, вступать не придется, нас даже люгер не догонит! — Дон Серхио тоже был восхищен.

— Это точно.

— А как наш корабль называется? — Катя вопросительно взглянула на дона Серхио.

— Э-э… Видите-ли, донна, корабль не был достроен, и введен в состав флота… А имя дают во время этой процедуры. Так что, раз уж теперь он и есть — наш флот, и мы вышли в море, то нам и придется дать ему имя. Предлагайте, прошу. — Дон улыбнулся. — Впрочем, это можно обсудить чуть позже. Хочешь-не хочешь, а нам придется сначала заняться тем, что не доделано плотниками на верфи. Поэтому прошу простить, я пойду заниматься внутренними помещениями.

Рассвет бриг встретил стуком топоров. Досок на борту было предостаточно, и свободные от вахты моряки обустраивали нижние палубы. Две пилы, брошенные рабочими верфи на борту, ускоряли процесс. К исходу первого дня пути в капитанской каюте красовался штурманский стол, и “трон”, а также длинные лавки Лавки и столы появились и в трюме. Парусину, предусмотрительно захваченную портным в Виго, использовали для подвесных коек. Кашу из зерен пришлось варить на импровизированном костре, прямо на палубе, который развели на найденном в трюме листе железа. Ром на борту отсутствовал, пили воду.

— Я думаю, надо идти в Брест. — Эльза, взяв на себя командование кораблем, тем не менее советовалась со всеми по поводу дальнейшего пути. — Чем быстрее мы пересечем Бискайский залив, тем меньше шансов у Хосе попытаться остановить нас.

— Донна Эльза, но у нас слишком мало еды на борту. И, что важнее, пресной воды тоже в обрез. Нам надо уйти к побережью, встать на рейде, и пополнить запасы. Иначе это добром не кончится.

— Ну… Да. До Бреста дня три пути, если ветер не сменится. Но, дон Серхио, если мы пойдем к побережью, то придется идти галсами, против ветра, теряя время. И там мы рискуем нарваться на преследователей.

— Без воды мы все равно далеко не уйдем. — Дон Серхио пожал плечами. — А на побережье, в рыбацких деревушках, помимо воды разживемся хотя-бы рыбой.

— За рыбу понадобится заплатить. У тебя что, кошель с золотом на поясе? Я же видела, ты почти все потратил в трактире!

— Ох, верно. — Дон Серхио почесал затылок. — Но с другой стороны, если у нас нет монеток, то мы и в Бресте не сможем ничего раздобыть. Единственный вариант — скинуться всей командой, пообещав людям компенсацию, когда мы попадем к Олафу.

— Паруса на горизонте! — крик марсового заставил их выскочить из капитанской каюты, в которой они вели совещание.

— Там идет бой, — Эльза всматривалась через трубу вдаль. Похоже, две шхуны отбиваются от нескольких люгеров…

— Может, нам стоит попросить их помочь нам с провиантом? — Катя нерешительно посмотрела на Витьку.

— Не попросить, дорогая донна! — Дон Серхио расхохотался. — Команда, к бою! — заорал он, перегнувшись через планшир. — Орудия держать наготове, не стрелять! Берем на абордаж ближайшую шхуну, дальше — по ситуации!

— Стойте, дон Серхио! — Витька схватил его за плечо. — А если это шведская шхуна, или испанская?!

— Дон Витторио, если это шведы, то мы им поможем. Любой другой флаг я буду считать вражеским! Тысяча Иных мне в глотку, Вы не понимаете! Угнав наш бриг мы стали людьми вне закона, пиратами, каторжниками! Любой испанец с радостью отправит нас в переход. Да, честно говоря, мне плевать, что там за корабли, если у нас не хватает припасов. Теперь мой единственный дом — этот корабль, я больше не связан никакими клятвами, ни с Испанией, ни с Францией или Англией, нам надо просто обеспечить себя. И, клянусь Высшими, мы это сделаем!

Артур

Барт, сидя в таверне, потирал свой лоб. Я даже не сразу сообразил, что произошло, но потом понял.

— Барт, неужели ты лишился своей метки?

— Ага. Смотри, Арт, теперь у меня есть кусок серебра, и красное пятно на лбу! — Он отсалютовал мне кружкой, и усмехнулся. Да, точно. Аккуратное восьмиугольное пятно, прямо на том месте, куда была вплавлена пластинка серебра, красовалось на лбу Барта.

— Чешется немного. — Пожаловался он. — Надо бы попросить у Ала мазь, или что там в таких случаях помогает…

Гундарссон, владелец верфи, где стоял на ремонте наш “Вепрь”, сегодня утром сообщил Микаэлю, что корабль будет готов завтра. Честно сказать, мы все обрадовались. Киснуть в Копенгагене без дела, заливая ром элем, изрядно поднадоело. Микаэль предложил нам с Бартом и Свами прогуляться к купцу.

— Эй, Артур! Этот, ну, торговец-то… Кристианссон, вроде что-то хотел предложить? Если Оле-Сван завтра передаст нам шхуну, то какого лешего ждать? Прогуляйтесь к торгашу, да и узнайте, что там за предложение, и выгодно-ли оно. Если да, то не будем терять времени, на борт, и в путь.