— А-а. Сначала врал, что трое суток не спал. Оказалось — просто кто-то не забрал заказ, и он нам подогнал оба платья по фигуре. Эльза кого хочешь на чистую воду выведет!

Артур

Мы проторчали в Ольборге трое суток, пережидая непогоду. Но как только немного распогодилось, “Самсон” поднял парус, и снова двинулся к Копенгагену. Волны пока были достаточно высоки, чтобы я чувствовал себя не на круизном теплоходе, но шлюпу пока ничего не грозило, шторм, в котором легко потерять небольшой, хоть и крепкий корабль, ушел в сторону Англии. Ветер, хоть и дул нам в левую скулу, позволял, пусть и медленно, продвигаться вперед. Так что никаких неприятностей не предвиделось. Глядишь, Андреас Кристианссон, который скоро получит свою пшеницу и вино, тоже захочет что-нибудь отправить в Англию, и тогда мы закончим путь там, где его и начинали.

— Что экспортирует Дания? — Спросил я Михаэля, когда мы обедали в трюме кашей, сухарями, и неизменно каменно-твердым сыром.

— Да что они могут предложить-то… — Пожал плечами наш капитан. — Строевой лес, селедка, мясо. Смола для пропитки корпусов кораблей у них — хорошая, но уступает шведской. Неплохой эль варят, но хуже английского. Оружие делают не хуже других, корабли — в основном — пригодные для торговли и рыбной ловли, такие, как наш “Самсон”. Он, кстати, построен именно на датских верфях. Дания — страна самодостаточная, без особых амбиций, датчане почти не воюют, разве что — кто-нибудь нападет. Ну, ясное дело, с Иными они рубятся, как и все.

Словом, Дания, по всему выходило — вполне миролюбивая страна, ничем не выделяющаяся на фоне остальных. И если в других государствах есть нечто, признанное безоговорочно лучшим в мире, то в Дании этого не было. Англичане — кто бы сомневался — варят лучший в мире эль, французы известны своими кружевами и коньяком, шведы — идеальным составом смолы, португальцы и испанцы — фруктами… Италия в этом мире разбита на небольшие княжества и вольные города, но лучших купцов следует искать только там, даже Алжир, небольшая часть Африки, доступная для жизни, выделяется: там обосновались поселения вольных людей, любителей легкой наживы. Алжирские пираты вселяют ужас в сердца генуэзских купцов, да и с французами и испанцами сражаются на равных. А вот Дания и Голландия кажутся второстепенными странами. Впрочем, Высшим виднее, раз они существуют.

У румпеля стоял Барт. Когда я вышел на палубу, он тут-же доверил мне вести корабль по курсу, а сам рванул на нос, в гальюн. Вышел и Микко. Посмотрел на небо, на паруса, потом выдал:

— Артур, возьми левее, ветер немного меняется. Вот. Так держи. Через полчаса сменим галс, пока не надо. — И снова скрылся в недрах корабля. Ну, понятно: море еще беспокойное, летят брызги… Чего тут торчать? Это я, как дурак, вылез на палубу, и Барт тут-же меня припахал.

Мы шли по узкому проливу, который вел к Копенгагену, когда Ал сообщил: из Стокгольма и Гётеборга в море выходят корабли. Много. Никакой другой информации Ал предоставить не смог. Во первых, он у нас еще далеко не мастер, во вторых — слишком большое расстояние. Крис, Свами, да и другие, сошлись во мнении, что Швеция начинает войну. С кем? А вот тут вариантов было много. С Данией, вроде-бы, не должны, могут пойти на Англию, Голландию, Францию, или Португалию. Скорее всего, на Голландию, но и Англия — наиболее вероятный противник.

— Где война, там всегда можно урвать немного деньжат! — Барт, как всегда, был оптимистичен.

— Скорее с десяток ядер в борт получишь. — Не согласился с ним Юр. — Если Олаф пошел на Англию, нам лучше переждать тут. Что в Балтике, что в Ла Манше с Северным морем, будут рыскать каперы, а у нас, хоть и народа теперь более-менее, но против шхуны шансов не будет.

— Да ну, — не согласился Барт, — больно мы им будем нужны! Раздобыть флаг Дании, и — вперед. Ни англичане, ни шведы нас тогда не тронут: кому охота тратить время на проверку нейтралов? Зато навариться можно, кто бы ни победил. Проигравшим потребуется всё, что угодно: победители точно набьют трюмы добычей, так что цены взлетят до небес.

— Давай сначала разгрузимся в Копенгагене, там и подумаем, что делать дальше.

Интересно, датчане всегда так придирчивы? На рейде Копенгагена в точности повторилась процедура, которой нас подвергли в Ольборге. Чиновники с подозрением косились на серебряные пластинки наших “каторжников”, совали нос во все щели “Самсона”, и вдумчиво изучали документы на груз. Не найдя никаких нарушений, спустя пару часов, они все-таки разрешили нам заняться своими делами. Кристианссон, рассчитавшись, и приняв зерно с вином, рассказал последние новости. Да, шведы выступили против Англии. Говорят, Теренс Второй сделал попытку нарушить законы Высших, и чуть-ли не ввел рабство. Вроде-бы, со шведами заодно Испания, поэтому Англия, несомненно, падет. Не торопитесь туда, если и собираетесь. Была задумка, зафрахтовать корабль, и не один, для перевозки в Дувр партии балтийской сельди, но теперь купец от нее отказался. Правда, если вы пробудете у нас достаточно долго, то договоримся: надо перевезти в Ревель эль, а оттуда было-бы неплохо забрать груз мяса, Высшие, несомненно, по просьбе Португалии, этого исчадия ада в Мире, наслали на датские стада болезни, и мясо подорожало. В Ревеле, кстати, пить местное пойло не советую: оно и в подметки нашему доброму элю не годится. Датский флаг? Хм… Ну, если сговоримся о фрахте, то — будет вам флаг. Могу, за скромную сумму, еще и документ на корабль сделать — любой моряк видит, что ваш шлюп с датских верфей, а если с документом, так вообще вопросов к вам не будет…

Сумма, конечно, оказалась далеко не скромной, но вполне по карману. Мы, в ожидании обещанного груза, сняли комнаты в трактирах, расположенных по соседству, и теперь половина команды жила на корабле, а половина — на берегу. Утром “вахта” менялась. Во первых, так мы экономили деньги, во вторых — все сходили на берег, и недовольных не было. Юр, Микко, Жан и Барт попробовали заглянуть в местный бордель, конечно, используя личные сбережения. Юр с Бартом вернулись, достаточно разочарованные, и на вопросы отвечали нечто, вроде: “Да ну их, много о себе возомнили”, “Ни одной в моем вкусе”, “Подумаешь, танцевать не умею”… Зато Микко с Жаном, проведя в борделе ночь, выглядели довольными. Ладно — Жан, франки всегда славились обхождением с женщинами, но Микко!.. Улучив момент, я попытался его немного расспросить.

— Артур, бордель — это королевство в королевстве. Девушек мало, поэтому они, за твои-же деньги, ждут еще и романтики. А Барт — ему только в кабаках гулять. С девушками надо ласково, комплименты, всякие ухаживания… Сходил бы сам, чего рассказы слушать? Заплатил на входе, выбрал, поговорил, выпил, понравился, а там, глядишь, и до дела дойдет!

— Микко, что значит — заплатил на входе? Вроде как, еще не…

— Ну… Арт, видишь-ли, хочешь пообщаться с девушкой, значит — надо платить. Бордель ведь не благотворительное заведение. Не сумел с кем-нибудь договориться, половину получишь назад. Сумел понравиться, значит — сумел. Давно я так хорошо время не проводил! — Молчаливый с улыбкой прикрыл глаза. — Там у них такой шикарный сад во внутреннем дворе, море цветов, яблони… Запахи просто с ног сбивают!