Яфет начал мотать головой, но остановился. Он призадумался, но дрожь в руках выдавала фальшь его внешнего спокойствия.

– Что? Такое возможно?
– спросила Ануша. Она ненавидела отчаянные нотки в своём голосе.

Ануша заметила, что низкий гул стал громче. Она поняла, что слышит его уже какое-то время. Теперь он превратился в оглушительный шум, похожий на подземные воды, текущие прямо у них под ногами.

Лёд на стене перед ними треснул. Полетели осколки, но не успев коснуться пола, превратились в мерцающий поток. Наружу рухнули несколько погребённых снов.

Двое были грязными гуманоидами, вместо одежды облачёнными в шкуры животных. Они лежали, задыхаясь, на полу, закатив глаза от ужаса. Другое существо соскользнуло по стене рядом с ними. Сначала его форма была скрыта потоком пара. Когда дымка от испаряющегося льда рассеялась, существо оказалось тёмнокожей эльфийкой с волосами цвета белой кости. Нижняя половина её тела была огромным пауком. Женщина... дроу? …испустила оглушительный яростный рёв.

– Что это?
– Яфет испуганно озирался вокруг.
– Я не вижу, откуда идут эти звуки.

– Какое-то... чудовище-дроу!
– сказала Ануша.
– И два дикаря.

Плащ Яфета взметнулся и закрыл её.

Они с Яфетом оказались на несколько ярдов дальше от растворяющегося льда. Девушка проглотила свои возражения, увидев ярость на лице дроу. Вместо этого она подняла меч.

Два грязных гуманоида попытались уползти из-под огромных паучьих ног, но ступня арахнида, увенчанная чёрной шпорой, проткнула одному грудь. Его пришпилило к полу. Его растерянный, жалкий крик погас вместе с жизнью.

Яфет вытянул руки, как будто пытаясь нащупать в темноте стену. Он замотал головой, пытаясь обнаружить источник звука.

– Чудовище-дроу убило дикаря и устремилось ко второму, - прошептала Ануша.
– Пойдём сюда...

Затем дроу и уцелевший гуманоид закричали. Звук выражал ужас, превосходящий крик убитого. Они кричали от страха за свои вечные души.

Оба растаяли, превратившись в бурлящий поток, точно так же как лёд на стене. Дымка улетела вверх по тоннелю, как будто увлечённая могучим вихрем.

Йева широко раскрыла глаза. Она отшатнулась от бурного потока и стала так, чтобы касаться плечом Ануши.

Она тяжело дышала.

– Что теперь?
– спросил Яфет.

– Всё кончилось — эти существа были нереальными. Они развоплотились и унеслись прочь.

Секунду они стояли молча, разглядывая оставшийся лёд, который казался прочным. Ануша задумалась, как долго это продлится.

– Думаю, пробуждение Древнейшего продолжается, - сказала Йева.
– Его воспоминания и сны, пойманные в них, тянет обратно к его восстанавливающемуся сознанию.

– Кровавые сапоги Бейна, - сказал Яфет. Его рука защитным жестом обхватила Анушу. Ануша удивилась — она подсознательно сделала свои наплечники достаточно плотными, чтобы Яфету было, за что ухватиться. Его защита была лишь иллюзией, но прижимаясь к нему, девушка поняла, что рада подобной иллюзии.

– Меня ждала та же судьба, если бы не Ануша, - сказала Йева, указывая туда, где растворились освободившиеся воспоминания.
– Может быть, ждёт по-прежнему.

Дрожь пронеслась по Яфету и перешла на Анушу.

– Ты в порядке?
– спросила она, не зная, что ещё сказать.

– Прямо сейчас? Да, в порядке, - сказал он.

– Я чувствую, как ты дрожишь.

Он позволил своей руке упасть и сказал:

– Это ломка. Без договора дают о себе знать последствия злоупотребления пыльцой.

– Сколько у тебя времени?
– спросила Йева.

– Несколько дней, может быть, десятидневка.

Ануша задумалась, что случится первым — Яфет погибнет из-за своей зависимости или она с Йевой погибнут в результате процесса пробуждения Древнейшего.

Грохочущее эхо стремительного потока воды превратилось в шёпот, различимый лишь потому, что теперь они знали о его присутствии. В этой тишине стал заметен ещё один звук — сосущий, скользящий звук из прохода внизу. Все трое повернулись туда. Слабое мерцание фиолетового света, исходящего из-за поворота вниз, отражалось на скользкой поверхности яиц.

– Фонарщик идёт, - прошипела Йева.

Из-за угла выскользнул синеватый аболет. Он двигался, пока не достиг тупорылого обелиска. Он коснулся вершины своим плавником-щупальцем, и там расцвёл очередной фиолетовый огонёк.