– Если ты насмотрелся на меня, то теперь я перейду к тому, зачем пришел?

– Зачем пришел?

Игорь покачал головой, будто я подтверждал какие-то его теории, и он ничего иного и не ожидал.

– Я по делу. Мне нужно кое-что забрать.

– Да ты что? Что-то еще помимо жены?

Гордеев хмыкнул, явно про себя о чем-то подумал, но говорить мне ничего не стал.

– Мне нужен ноутбук Ульяны. Знаю, прошло много времени, но сейчас у нее идет последний, четвертый курс бакалавриата. На ноутбуке были важные материалы для дипломной. Заметки или черновики, я не до конца в курсе… Не знаю, сохранился он у тебя или нет, но надеюсь, что да. Я готов заплатить его полную стоимость, если что…

– Сама почему не пришла? – Не знаю, на кой черт спросил об этом. Видеть ее было бы… чересчур. Я этого не хотел.

– Чтобы ты снова на нее набросился и избил?

– Надо же, прямо избил, ага! Каждый день избивал, как же, - прорычал я, гневаясь только от одного присутствия этого упыря на пороге своего дома.

Нет, правда, ну может прикончить его прямо здесь и сейчас? Делов-то…

– Слушай… я здесь не для того, чтобы обсуждать ваши с Ульяной отношения или судить тебя за ваше прошлое. Мне просто нужен ноутбук. Это обычная, человеческая просьба. Скажи, сколько за него нужно и…

– Забирай, - прервал я его потуги, отходя в сторону. махнул рукой в сторону, указывая, в каком направлении нужно двигаться.

Кабинет Ульяны я вообще не трогал. Ни разу. Понимал, что если зайду туда, то начну все громить. Эта комната так и осталась для меня запечатанной. Прислуга там по-прежнему убиралась, а вот для меня туда ход был закрыт.

Сегодня я впервые за долгое время переступил порог этой комнаты и почти сразу замер, пытаясь понять, какие эмоции меня переполняют.

Тоска.

Это была тоска. Я вспомнил, как заставил ее подпрыгнуть от испуга как-то раз, когда неожиданно вошел сюда. Она тогда смотрела какой-то дурацкий сериал… еще пару раз я наблюдал за ней из-за открытой двери, пока она сидя на полу в своих глупых наушниках разбирала собственные снимки.

Мне нравились ее фотографии. Конечно, я не специалист, но почему-то был уверен, что у жены… у бывшей жены, был талант.

Еще несколько раз Громова засыпала прямо над столом и тогда у нее на щеке отпечатывался материал учебника, который она читала. В такие моменты я, стараясь не разбудить, аккуратно брал ее на руки и нес наверх, в нашу спальню…

Я встряхнул головой, пытаясь прогнать навязчивые воспоминания. Упырь как раз был занят тем, что складывал зарядку от ноутбука.

– А… остальное? Она вообще-то не просила, но… может я могу забрать? Хотя бы игрушку вон ту… - Игорь кивнул в сторону довольного большого и потрепанного, на первыый взгляд, медведя. Я нахмурился, хмыкнул.

– Серьезно?

– Ну… да. Он как бы многое для нее значит.

– Медведь?

– Да, медведь, - словно полоумному повторил Гордеев. – Последняя игрушка, подаренная ей родителями перед гибелью. Она его очень любит… хочет передать своему малышу... Тебе-то он зачем? Если что, я и за него могу заплатить…

Гордеев еще что-то говорил, но я почти не слушал. Точнее, слушал, но не слышал. Я не знал про этого чертового медведя. Вообще ни черта не знал. Ощущение, что я не знал и свою жену. От слова совсем.

Зато хрен белобрысый был в курсе таких важных вещей.

Только вот разве мог я сейчас винить его? Разве кто-то или что-то мешало мне чуть больше интересоваться делами Ланы? Стараться чуть лучше ее узнать? Может быть, я просто мало уделял ей внимания? Может быть, поэтому она стала изменять мне?

– Забирай все, что тут есть, - наконец, ответил я. – У меня наверху есть несколько коробок, я сейчас принесу.

– Спасибо.

Когда я вернулся с обещанным, вещи были почти собраны, оставалось только уложить все вместе. Гордеев лазил по самым нижним полкам книжного стеллажа и уже почти закончил, когда неожиданно и его, и мое внимание привлек входящий звонок. Я сразу понял, что звонил его телефон. Даже не потому, что мелодия, установленная на звонок, отличалась от моей, а потому что он ожил в считанных сантиметрах от меня. Игорь бросил его на рабочий стол, видимо, потому что тот мешался в руках, а я автоматически бросил взгляд на аппарат.

Посмотрел и замер.

Звонила Ульяна. На фото была она. Улыбающаяся красавица... С маленьким ребенком на руках. Я смотрел считанные секунды, потому что Гордеев почти сразу схватил трубку, чтобы ответить на входящий, но внутри почти сразу закопошился какой-то противный червь.

Ребенок не был похож на этого слизняка. Что он, что Ульяна были русыми, он голубоглазый, а она – зеленоглазая. Ребенок же на фото… был темненьким. Темные волосы, темная глаза… Я не успел рассмотреть, как следует, но, по-моему, у него или у нее была родинка на шее. Такая же, как у меня.