Спасло всех, как они тогда решили, чудо. Когда трое бойцов уже лежали без чувств, а остальные пытались создать хотя бы подобие защиты, среди густых крон пронесся, вселяющий ужас и трепет, звук. Это был пронзительный вой царя здешних мест. Ночной охотник выслеживал свою добычу.

Дикие пантеры все, как одна, остановились, обсидиановыми статуями, встревоженно подняли морды и настороженно вращая ушами, прислушались, а затем, будто по команде, сорвались с места, словно обезумевшие и скрылись в лесной чаще.

Наконец собравшиеся в боевой порядок, эльфы, выстроились вокруг раненых и стали ждать. Только спустя почти полчаса напряженной тишины, они осмелились разорвать строй и повалиться на землю в совершенном бессилии.

Тогда к ней подошел Арфаглэйд, возмущенно размахивая руками.

— Это твоя вина. Ты нас сюда затащила и заставила разбить лагерь в этом проклятом месте! — Кричал он. — Оглянись вокруг! Да тут и гоблину понятно, что это охотничьи угодья тех тварей! А ты привела нас всех им на расправу. Ты не достойна дальше вести нас. Нам нужен новый лидер! А тебя мы выгоним из группы за то, какой опасности ты всех подвергла! Радуйся, что твоя жизнь останется при тебе!

Эльф распалялся все сильнее, обращаясь к толпе и черпая энтузиазм в том, что они слушали его и не возражали. Он высказывался все громче и эмоциональнее, пока тираду неожиданно не прервал резкий удар в голову. Возмущенный бунтарь с трудом удержал равновесие, которого тут же и лишился благодаря второму удару и грохнулся на землю лицом вниз, а Элиандор, что сбила его с ног, внезапно выхватила лук и вонзила стрелу прямо рядом с его лицом, приложила вторую на тетиву и обратилась к заносчивому сородичу.

— Арф. Для начала, спасибо, что раскрыл свое происхождение. Я так и думала, что ты из гоблинов, да только вот даже они, если видят опасность, обязательно предупреждают остальных маленьких тварей. А ты, значит, видел, что мы под ударом и спокойно ждал. Лидером ты станешь только через мой труп. Выгонять никто никого не будет. Мы пошли на это испытание вместе, всеми должны и закончить его. Ну а что касается меня… Я признаю свою ошибку. Я не заметила крайне важную деталь, впрочем, так же, как и каждый из вас, но я приняла на себя ответственность за всех. То, что случилось, на моей совести. Я не стремлюсь к власти и не жажду быть лидером. Тот, кто считает, что у него получится вести остальных лучше, может прямо сейчас занять это место и получить мою полную поддержку. Кроме тебя, друг мой, ты радуйся, что при тебе останется твоя гоблинская жизнь…

Конечно после этого никто не пытался взвалить на себя бремя лидерства, а ее авторитет вырос до немыслимых высот. Пять лет спустя, она вывела из леса отряд состоявшихся рейнджеров. они читали следы, как раскрытую книгу, стреляли между деревьев в лесу, словно на пустой равнине, могли выжить в самых суровых условиях. Даже Арфаглэйд признал, что все это время она вела их верным курсом и принес ей свои извинения.

Это были приятные воспоминания, которыми она с удовольствием делилась со своим принцем. Рассказывая в подробностях все приключения, что выпали на их долю.

Лазриэль в ответ поведал о постоянных шуточных дуэлях с братом, когда тот, раз за разом пытался напасть неожиданно, но каждый раз напарывался на щит или ответную реакцию. Однако, упрямый и взбалмошный, он никогда не оставлял попыток, поджидая брата в самых невероятных местах и нападая из засады. Магу пришлось всегда быть настороже, ожидая атаки и за это он, как ни странно, был благодарен Таэлю, ведь это делало его сильнее.

Еще он вспомнил, как отец брал их на собрания, показывая, как порой бывает тяжело бремя лидерства. А однажды он взял их с собой, отправляясь в древнюю рощу. Вот это было по настоящему удивительное путешествие.

Огромные, величественные стволы вековых деревьев обступали со всех сторон плотным строем. Солнечный свет не достигал в этих местах земли, путаясь в размашистых кронах. Кругом царила тишина, изредка прерываемая возгласами случайных птиц.

— Отец. Почему тут так тихо? — Спросил Таэль'авир. — Почему не щебечут птицы и не перекрикиваются звери, где стрекотание насекомых?

— Звери и птицы давно уже облетают здешние места стороной, они знают, кого здесь можно пробудить. Только самые отважные или случайно забравшиеся рискуют тут находиться. Это место пропитано магией и силой.

— А зачем мы зашли сюда, раз это такое опасное место? — Удивился старший сын.

— Лазриэль, это место опасно только тем, кто пришел со злыми намерениями. Для нас здесь нет угрозы. — Спокойно пояснил отец, выходя на просторную поляну.

— А кого здесь можно разбудить? — С опаской оглядывался младший.

В этот момент стоящее посреди поляны дерево, величественное и самое большое из увиденных здесь, зловеще заскрипело и с оглушительным треском стало крениться в их сторону.

Лазриэль суматошно рванулся налево, Таэль'авир прыгнул и перекатился вправо, уходя из-под смертоносного удара, тогда как Харнесесс невозмутимо продолжал стоять на месте не шевелясь.