Веселый тенорок Женьки вывел нас из ступора.

– Если все в сборе, чего же мы сидим? У меня только водки два ящика и жратвы человек на тридцать. Кто мне поможет на кухне?

– Я! – даже если бы он звал помочь закопать труп, я бы составила ему компанию, лишь бы не сидеть здесь, нервно ежась.

– Ну у Ксеньки и жопень, – шепнул мне Женька на кухне, – Я слышал, она в разводе, да еще и с работы недавно вышибли, а все строит из себя невесть что, как будто получится обмануть людей.

Может, Женька и был прав, но я все же подумала, что ему бы поменьше следить за чужим весом и подумать о собственном.

Заготовился он, действительно, весьма основательно, и мне стало стыдно за себя и нас всех, пришедших на готовое. Мы перетаскали в комнату буженину, жаркое, жареную курятину, запеченный картофель, салаты, фрукты в фарфоровых посудинах, изображающих лебедей. Еда пахла сногсшибательно, что я уловила даже с моим плохо функционирующим носом. Но больше меня интересовал алкоголь. Я надеялась, он поможет мне снять напряжение.

Мы расселись (я устроилась как можно дальше от Ксении). Проигнорировав винные бокалы, все сразу схватились за рюмки (видимо, не одна я чувствовала себя не в своей тарелке). Заплескала прозрачная жидкость, внушая мне надежду, что вечер в итоге может оказаться не таким уж плохим.

– Я не пью, я не пью, – засуетился Федя.

– Одну каплю, за встречу.

– Нет-нет-нет!

Зазвякали рюмки. Кто-то приложился от души, и на скатерть брызнуло стекло. После первой все заулыбались, после второй, последовавшей незамедлительно, порозовели и внезапно сделались общительными. Все, кроме меня. Поперхнувшись, я стала ярко-багровой, а затем вдруг стол резко поднялся, и я не сразу поняла, что это моя голова качнулась вперед. Я услышала, как Леночка звенящим голоском рассказывает про салон, где она работает и где познакомилась со своим Антошей:

– Он был моим лучшим клиентом и стал моим лучшим мужем… В смысле, после этих… козлов.

Она продолжала и продолжала, сопровождая каждое слово активной жестикуляцией. Особенно старалась ее правая рука, на безымянном пальце которой поблескивало колечко с камушком. Слова становились все менее разборчивыми, и вдруг все слилось в одну звенящую трель. Вокруг моей головы возник ореол. Он был мягкий и пушистый, как кроличья шапка.

– Сонь, а ты как? – меня подпихнули в бок.

– Я? Что? – я с трудом подняла голову. Опять эти пристальные взгляды.

– Работаешь кем?

Сказать правду или соврать? Врать не хорошо, но… Мысли почему-то вязли, как мухи в меду. И как я умудрилась так ужраться с двух рюмок?

– Ириной, – ляпнула я.

– Что?

– То есть, я хотела сказать, с Ириной, – я нервно сцепила под столом пальцы, – Это моя помощница. Я выбрала помощницей блондинку модельной внешности, потому что у меня нет комплексов. Это очень важно, чтобы все знали, что у меня нет комплексов.

Кажется, это было не очень хорошо. Зачем вообще так много слов?

– Ты одна, замужем или с кем-то встречаешься?

С такими вопросами уже не до честности.

– Конечно, встречаюсь, – я попыталась сфокусировать взгляд, решив, что это придаст мне искренний вид. Над столом полз туман. Клубился, как смог, – Я слишком молода для замужества.

– И как его зовут?

Вот уж не думала, что их любопытство зайдет так далеко. «Роланд. Джейсон. Ранульф. Даллас. Натаниэль. Да что такое, хоть бы одно нормальное имя припомнить!».

– Эрик.

– Он что, иностранец?

– Да, – я перевела взгляд на блюдо с фруктами.

– Моя жена тоже иностранка, француженка, – решил поделиться Женька, – Вот она.

Он достал из нагрудного кармана фотографию, на которой красовалась светловолосая женщина, похожая на Хайди Клум.

– Красивая, – похвалили одноклассники, но не успела я облегченно вздохнуть, допрос продолжился, – Откуда твой Эрик?

– Из Кардинии, – брякнула я.

– Это еще где?

Там же, где Кистран, Средиземье и Страна Чудес. Еще никогда Штирлиц не был так близок к провалу. Я небрежно дернула плечом.

– Все знают, где находится Кардиния.

– А где он работает?

Вот привязались… «Он пират. Он лэрд шотландского замка. Он шериф. Он работает герцогом, то есть, он герцог и вообще не работает. Аа-ха-ха, я читаю слишком много любовных романов!».

– Он наемник, – этот вариант казался мне приемлемым до той секунды, как я произнесла его вслух.

– То есть?

– Он… эээ… адвокат, но не просто адвокат. В смысле, он идет только если хорошо попросят. Всякие крутые шишки. Березовский там, или Абрамович, – обе фамилии были постоянно на слуху, но я едва знала, кто это.