Прибывший на машине с шашечками грек любезно помогает мне сесть в машину, складывает кресло и кладет его в багажник. Возле ресторана проделывает все тоже самое, только в обратной последовательности. Не скуплюсь на чаевые, люблю поднимать настроение другим людям, пусть даже посредством денег. Для кого-то чаевые повод купить новую игрушку своему ребенку или подарок любимой женщине. А это значит, число счастливых людей на Земле увеличится. Плюсик к моей карме, как любят говорить люди.

Глубоко вздыхаю, цепляю на лицо улыбку, которая, подозреваю, вышла чересчур кислой и заезжаю в пафосный с виду ресторан. Конечно, разве Марк мог выбрать какую-то дешевую забегаловку? Бедняжка старается произвести лучшее первое впечатление. Какая оказия, что дама досталась, эээ… не ходячей. Даже танец не сможет подарить, при котором можно официально пощупать ее прелести пониже спины.

«Хватит себя унижать!»

Проснулся мой внутренний голос и грозно приказал мне заткнуться. Дожили — говорю сама с собой. Нервно хихикаю и откидываю прядку волос со лба. Администратор с доброжелательной улыбкой открывает передо мной дверь, и я оказываюсь в просторном зале. Вопреки ожиданиям ресторан вовсе не помпезный, а чрезвычайно уютный. Глаза ищут и тут же находят Марка, который сидит у окна, вперившись взглядом в свой смартфон. Жаль, что он пропустит мое эффектное появление. Но, как оказалось, сожалела я зря. Едва пересекла пол зала, как он поднял голову и посмотрел прямо на меня. Взгляд его ничего не выражал, то есть ни удивления, ни отвращения, ни страха. Зеленые глаза все утаили в себе. Марк встал из-за стола и двинулся мне навстречу. На лице заиграла любезная улыбка.

— Привет! Не ожидал? — весело спрашиваю я.

— Как же — ждал! И да, меня радует, что ты в хорошем настроении. Весело, правда?

— Ага, — подтверждаю я, — ну что, у тебя уже нашлись неотложные дела? — мило улыбаюсь, непроизвольно сжимая пальцами ручки коляски.

— Конечно. Например, выпить с тобой вина. Чертовски неотложное, видишь ли, дело.

Марк отодвинул стул и жестом пригласил меня к столу. Я ухмыльнулась. Забавно и любопытно, но Марк держится молодцом. Что же будет дальше? Наверное, инсценирует срочный звонок, извинится, может быть, даже заплатит за ужин, который я буду поглощать в одиночестве.

— Прекрасно выглядишь, — говорит он, отключая свой телефон.

— Серьезно? — с сарказмом уточняю, окинув неприязненным взглядом свою коляску.

— Как ты относишься к греческой кухне? Я тут заказал на свой выбор, ничего?

— Обожаю греков, они классно готовят.

— Прошу заранее прощения за свой вопрос: тебе можно немного выпить? — самым корректным образом уточняет Марк.

— Не только можно, но и нужно, — развязно отвечаю, — наливай!

Я веду себя скверно, как будто хочу сразу оттолкнуть его от себя, произвести неприятное впечатление. Все жду, когда же его показушная деликатность кончится и он, сославшись на дела, уйдет. Марк выключил свой смартфон, значит, не хочет, чтобы его отвлекали. К чему этот ужин? Разве я могла понравиться такому красавцу? Только, если он чертов извращенец какой-то. Но честно сказать — не похож. Марк очень милый, либо хочет казаться таким.

Я нервничаю, и качаю туфелькой с острым мыском под столом.

— Боюсь, моя нога не выдержит и сломается, если твоя туфелька еще раз соприкоснется с ней, — говорит Марк.

Мне стало стыдно:

— Прости. Марк, чем ты занимаешься в Греции? Работа, отдых?

Усилием воли заставляю себя не нервничать. Вряд ли этот мужчина станет меня унижать или проявлять агрессию. Моя натренированная интуиция стала безошибочно определять плохих и хороших людей практически с первого взгляда. Можно быть спокойной, но почему-то у меня это плохо получалось. Официант принес вино и греческий салат.

— И работаю, и отдыхаю. Люблю сочетать приятное с полезным. А ты, я так понимаю, проходишь реабилитацию? — уточняет Марк, не прикоснувшись к закуске и наблюдая, как я орудую вилкой и ножом.

— Честно? Просто живу, наслаждаюсь морем, пальмами, оливками, легким бризом и красивыми закатами. Живу сегодняшним днем, и плевать, что будет завтра.

— Ты не надеешься вылечиться, — мрачно констатирует он.

— Зачем? Мне и так не плохо, — напускаю на себя равнодушие и делаю глоток красного вина, — ммм, вкусное!

— Не обманывай себя, Алена.

— Нет, правда, все окей, Марк! Расскажи о себе, чем занимаешься?

— Боюсь, что мой рассказ покажется тебе скучным. Я крупный интернет инвестор, создаю мультивалютные роботы, может, слышала? Они же биржевые торговые роботы. Скуки ради веду блог, подписчиков там всего ничего — четыре миллиона.

— Ого! Сколько?! Да у некоторых популярных актеров намного меньше читателей, чем у тебя, — оживляюсь я.

Да уж! Я отдыхаю в сторонке со своими 50 тысячами. Хочу его расспросить, чем он привлек столько народу, но стесняюсь.

— И как же тебя найти, король Инстаграма? Стану твоим четыре миллиона первым подписчиком.

— Очень просто, по хештегу Марк Оксанен. Это моя фамилия, если что. Звучит, наверное, немного вычурно для русского уха.

— Нормально звучит. А я Алена Крапивина.

— Дай-ка угадаю, какой у тебя ник в сети? Ммм, наверное, Алена Крапива.

— И как ты только догадался? — притворно огорчаюсь я.

Ужин проходит в спокойной обстановке. Марк ни словом, ни делом ни разу не намекнул о моей несостоятельности. Мужчина словно не замечал того, что я сижу напротив него в инвалидном кресле. Лишь только один момент я не учла, когда собиралась в ресторан — как я буду посещать туалет. Я покосилась в сторону, где был расположен санузел, и вздохнула — моя коляска там не проедет, слишком узкое пространство. Придется терпеть и желательно не ерзать.