— Дорогая Амалия такая выдумщица, — супруга судьи не упустила возможности прокомментировать приглашение. — Подумать только, костюмированный бал! На моей памяти подобное торжество устраивалось неприлично давно. Но оно того стоило. Ах, я уже вся в мыслях о том, во что нарядиться и какие костюмы придумать для девочек. Тем более сейчас, когда в городе стало на одного потенциального жениха больше.

— Вы сейчас имеете в виду лорда Роуга? — Эбби крутилась перед зеркалом, устраивая на макушке шляпку.

— Ну конечно, — кивнула миссис Ларентейн и вздохнула тяжело. — Когда-нибудь вы меня поймете, дорогая миссис Барроу. Вот когда у вас на руках окажутся две девицы брачного возраста, а вокруг ни одного достойного жениха — вы меня поймете.

— Но… — Эбби наконец-то справилась со шляпкой и приняла из рук слуги свою шубку, — вы же говорили, что лорд Роуг… что он оказывал определенные знаки внимания мисс Гроуди.

— Ах, когда это было? — небрежно пожала плечами миссис Ларентайн. — Да и потом, как бы там ни было, если бы Амалия хоть немного поколебала его покой в то время, то дорогой Александр не стал бы тянуть с предложением, — она скривилась, дернула плечом, — да и не женился бы на Райене. Не поймите меня превратно, миссис Барроу, но… Райена была милой девушкой. Очень доброй и вежливой, старательной. Ее единственными недостатками были бедность и помолвка с Ричардом Спайком.

Эбби едва не споткнулась после этих слов. Замерла и резко обернулась, вглядываясь пристально в лицо миссис Ларентайн.

— Вы хотите сказать, что лорд Роуг увел невесту у мистера Спайка?

— Вы выразились очень грубо, — миссис Ларентайн оттопырила нижнюю губу, — но удивительно точно. Этот грубиян, Спайк, явно не заслуживал такой невесты, но у бедняжки не было выхода и пришлось согласиться на его ухаживания. И знаете что? — супруга судьи понизила голос и даже подалась вперед, точно бы желала сообщить Эбби нечто весьма и весьма секретное. Эбигэйл огляделась по сторонам, убеждаясь, что слуга отошел на приличное расстояние и не услышит того, о чем собирается сообщить ей хозяйка этого дома и приблизилась к миссис Ларентайн. Та не осталась в долгу и продолжила свистящим шепотом, — когда мы все узнали о том, что Александр Роуг сочетался законным браком с мисс Райеной, я даже порадовалась за бедняжку. Да-да, и даже сказала своим девочкам, что уж теперь-то этот мерзавец Спайк не будет над ней издеваться.

— А… мистер Спайк… — задать вопрос Эбби не успела. Позади нее распахнулась дверь, впуская в холл морозный воздух, и раздался громкий мужской голос:

— Дорогая я уже вернулся!

Миссис Ларентайн покраснела так, точно бы ее застали на горячем, отшатнулась от Эбби и, растянув губы в фальшивой улыбке, обошла ее по дуге.

— Мистер Ларентайн! — громко воскликнула она, всплеснув руками. — А мы не ждали вас так рано.

— А вот и он, я! — не менее зычно отозвался мужчина.

Эбби поморщилась от досады. Ей очень уж было любопытно узнать о том, что связывало ее соседа, отвратительного мистера Спайка и некую таинственную мисс Райену. Но выспросить подробности у миссис Ларентайн сейчас не представлялось возможным. И потому она в свою очередь изобразила одну из самых своих обворожительных улыбок и обернулась, чтобы поприветствовать местного судью и хозяина дома, который она собиралась покинуть.

Снег хрустел под ногами, дыхание с хрипами вырывалось изо рта и повисало в морозном воздухе белесыми облачками. Эбби было жарко и холодно одновременно. Мороз нещадно щипал за щеки, покусывал шею, руки и босые ноги. Бежать было трудно, каждый шаг по колючему снегу давался с трудом, ступни горели огнем, легкие разрывались на части. Но Эбби не останавливалась. Она спешила. Рвалась вперед изо всех своих сил. Ее подгонял страх. Животный ужас, который завладел всем ее существом.

А еще хриплое дыхание позади и тяжелая поступь чужих шагов. Они приближались. Тот, кто догонял ее, был уже совсем близко. Горячее дыхание обжигало обнаженную кожу. Еще совсем немного, еще чуть-чуть и неведомый противник схватит ее.

Нужно спешить. Собраться с силами. Убежать.

Она рванулась из последних сил. Босые ноги поскользнулись на снежном насте, и Эбби полетела вперед. Упала на четвереньки, лишь в последний момент успев выставить вперед руки. Ладони обожгло от соприкосновения со снежным покровом, колени пронзила острая боль и Эбби не сдержалась, всхлипнула. Сил на то чтобы подняться и продолжить бег уже не осталось. А хриплое тяжелое дыхание преследователя слышалось все ближе и ближе.

Молодая женщина закусила губу и зажмурилась на мгновение. Она с трудом сдерживалась, чтобы не свернуться калачиком и не заскулить от безысходности. Но в последний миг все же смогла взять себя в руки. Нет, она не будет плакать и скулить, как какая-то безродная девка. Она — Эбигэйл Барроу. Ее учили встречать любые сложности с высоко поднятой головой, лицом к лицу.

Но как же страшно.

Как невыносимо заставить себя обернуться, чтобы посмотреть в глаза своему преследователю.

Эбби вздохнула еще раз, крепче сжала зубы, морщась от солоноватого привкуса крови во рту — она прокусила губу и даже не заметила этого, не почувствовала боли — и обернулась.

Отчаянный крик сорвался с ее губ…

Эбби резко дернулась и открыла глаза. Села на постели, тяжело дыша и судорожно прижимая к себе одеяло.

— Фух, — выдохнула молодая женщина, оглядываясь по сторонам. Собственная спальня казалась нереальной. Но это все же была ее спальня. — Это был просто сон. Кошмар. Какое счастье.

Эбби еще раз глубоко вздохнула и откинулась обратно на подушки. Прикрыла глаза, пытаясь усмирить бешено колотящееся сердце и справиться с дыханием. Потерла ладонями лицо, отгоняя наваждение и липкое марево кошмарного сновидения. Питер спокойно почивал рядом, его ни в коей мере не потревожили резкие движения супруги.