Больше никто не беспокоил, наконец-то принесли ужин, но надзиратель при мне в него плюнул. Ну я и отправил содержимое тарелки обратно в его наглую рожу. Питаться местной кухней всё равно не собираюсь, а подлость должна быть наказуема. Выслушал всё, что он обо мне думает, посоветовал срочно почистить мундир и улёгся на свой персональный сеновал. Чем был недоволен, почему сбежал? Вполне комфортная камера, работа непыльная. Глупый был, молодой и обидчивый.

Ночью, в первом перерыве между обходами, сгонял к Сарэн, доложился, попили чай, рассказал про условия в тюрьме. Вовремя вернулся и только тогда понял, что мог бы и не торопиться, если бы вместо себя оставил иллюзию. Не догадался, я ими вообще никогда не пользовался. И зря, потому что получилась неплохая, создал на пробу. В следующий раз буду умнее, чо. Завтра ночью, когда в Рощу уйду.

Продержали меня в общей сложности пять дней. Водили на допросы, потом перевели в другую камеру, этажом повыше и без сквозняка, потом опять водили на допросы, которые становились всё изощрённей и детальней. Всю мою жизнь захотели досконально изучить и поймать на противоречиях. Но с этим у них случилась беда, я всегда мог посмотреть, что уже успел наговорить. Пришлось себе даже пару мелких грешков придумать, иначе слишком уж подозрительно выглядело бы. Карму, наверняка, испортил капитально, но вывести меня на чистую воду так и не смогли.

Уже начал переживать, что не успеваю вернуть Лиресту в её мир, придётся опять ненадолго сбегать, как бы у тюремного начальства истерики не случилось. Но на пятый день вместо допросной мы двинулись выше по леснице. Потом ещё выше, потом долго шли подземным ходом, потом каким-то странным образом очутились в дворцовом коридоре. Меня передали другому конвою, и через десять минут движения полутёмными проходами мы вошли в маленькую и пустую приёмную.

— Стой и не шевелись — приказал один из сопровождающих и вошёл в неприметную дверь.

Куда это меня притащили? Даже интересно стало. Скорее всего, мною заинтересовался один из мелких, но достаточно крупных для наличия собственного кабинета во дворце начальников. Генерал какой-нибудь, или третий помошник пятого советника второго министра. Ну, подожду.

Глава 41

Через полчаса меня ввели в большой кабинет, разделённый замагиченой металлической решёткой надвое. В одной стоял стол и пара кресел, в другой, там где находился я, не было ничего. Ещё через минут десять через противоположную дверь вошли гвардейцы, всё осмотрели, проверили решётку, двое остались, остальные вышли. Долгая какая прелюдия. Не к добру, однозначно. Пора расслабиться? Невольно хихикнул, мой собственный конвой неодобрительно на меня глянул.

Вошёл пожилой мужчина, величество я узнал сразу. Фигасе, удивился. Ему-то что от меня надо?

Один из гвардейцев вышел. Король негромким голосом приказал:

— Оставьте нас.

Это он моим спутникам. Неловко толкаясь вышли и они, дверь закрылась.

Монарх устроился за столом и начал беседу довольно дружелюбно:

— Миссеар, у меня мало времени, поэтому сразу перейдём к делу. Советник по безопасности подал прошение о твоей негласной ликвидации. Он уверен, что ты опасен для престола. Я в этом пока не убеждён, поэтому сейчас я буду задавать вопросы, а ты быстро, коротко и честно отвечать. По результату нашей беседы мною будет принято решение. Всё понял?

— Нет.

Нахмурился, помолчал. Вижу, борется сам с собой. Хочет уйти, но что-то сдерживает.

— Что вам не понятно, Миссеар?

— Не понятно, зачем этот разговор нужен вам. Давно бы подписали и забыли, не в первый раз.

Я уже обдумал ситуацию в ментале и сообразил, что терять мне нечего. На его подготовленные вопросы правдиво ответить я не смогу, правдоподобно врать не получится, внушить безграничное доверие ещё хуже. Внушение пройдёт, он однажды ужаснётся и мне опять потребуется переходить на нелегальное положение. Что в лоб, что по лбу, результат один. Не выгорел план.

— За вас просили весьма уважаемые мною люди — холодно — В их числе моя дочь. Мне хочется понять, почему. Я ответил на ваш вопрос?

— Да, благодарю — стало неловко.

— Тогда приступим к моим. Что вы делали в Горсане и почему вы оттуда сбежали?

— Коротко не получится, ваше величество — вздохнул.

— Попытайтесь — безразлично — Это в ваших интересах.

А что я делал в Горсане? Ничего определённого. Отдыхал, блин, мимоходом устроив смуту, влюбился и испортил любимой жизнь.

— Изменял будущее этого мира — неохотно.

— По чьему приказу? — не удивился.

— Богини Галины.

— Зачем, с какой целью?

Хороший вопрос. Можно попытаться объяснить, но это на многие часы споров. И не поймёт, в результате.

— Приказы богинь не обсуждаются — вот так.

Он помолчал.

— А всевышний? Не боитесь его мести?

— Всевышний кончился тысячу лет назад и забыл вас предупредить.

А ведь смешно выгляжу, подумалось. Стою в наручниках, в пяти миллиметрах от смертного приговора, и вещаю о судьбах мира и богов. Как блаженный пророк какой-то. Мда. Но величество даже не улыбнулось.