Да, как-то так. А какое наказание предусмотрено в Горсане за умышленное убийство? Знаю только, что здесь есть разные уложения о наказаниях. Для крестьян одни, для ремесленников другие, отдельные для чиновников, для аристократов. А священнослужители вообще неподсудны государству, у них свои уставы и своя тайная служба в виде инквизиции. Отступников и еретиков сжигают, а вот насчёт убийств не знаю, скорее всего, заминают дело и отсылают виновного в ссылку.

Надо бы с кем-нибудь знающим посоветоваться. С Мирой? Она наверняка законодательство изучала. Но не хочется окунать 13-ти летнюю девочку в эту грязь, а без того никак не обойдётся, захочет узнать, почему расспрашиваю. А больше и спрашивать не у кого. Разве что у Китары… Хм. А согласится ли она мне помочь? А чем она сейчас занята, вообще? Некоторое время поборолся с собой, напоминая, что надо оставить её в покое. Но довольно быстро убедил, что для дела можно. И глянул одним глазком, где она.

На удивление в доме родителей, что-то читает. Не загуляла с друзьями, как обычно. И вчера не гуляла. Так, отставить шпионить за девушкой. У нас теперь чисто деловые отношения, если вообще. Призвал её.

— Привет — тихо поприветствовал из кресла.

Быстро оглянулась на мой голос, узнала.

— Миссеар? Что это значит?! Где я?!

— Ты сидишь с книгой в своей комнате, это эльфийская ментальная связь — почти не соврал — успокойся, пожалуйста. Нам надо поговорить.

Расслабилась, огляделась, потом снова нахмурилась:

— Что тебе? Говори быстрее, у меня мало времени.

Ну и замечательно, перейду сразу к делу.

— Какое наказание понесёт государственный чиновник за убийство?

— Ты не государственный чиновник, тебя сожгут — злорадно.

Мило. Хмыкнул. Хорошо, тогда не жалуйся, любимая.

— Я не про себя, а вот про него — указал пальцем на зеркало.

Один из выявленных был принят в доме её родителей, она его знала. И теперь с ужасом наблюдала, как он вспарывает живот связанной женщине. Звука не было, и слава всем богам. Выключил изображение, когда Китару скрутили спазмы. Упала на колени и её вырвало. Потом ещё раз. Дождался паузы между опустошениями желудка, и спокойно продолжил:

— Ты не знаешь, какое наказание он понесёт? Если отставка, то лучше я сам им займусь.

Не отвечает. Стоит на четвереньках, смотрит в лужу рвоты, и молчит. О чём думает? Наверняка проклинает тот день, когда пожалела меня и решила предупредить.

Через минуту уже всерьёз заволновался.

— Китара, с тобой всё хорошо? Тебе помочь?

Замотала головой:

— Не надо, сейчас встану. Извини.

Села на пол, сплюнула, вытерла рот. Искоса посмотрела на меня и зло спросила:

— Понравилось?

— Не очень — признался.

— Мог бы и отвернуться.

— Слишком соскучился.

Покачала головой, типа, что взять с убогого. А я улыбнулся. Правду же сказал. Не глядя на меня, заговорила:

— Разжалование, выжигание, каторга. Но тебе никто не поверит, поэтому проще убить.

— Слишком мягкое наказание — не согласился.

— Убивать можно медленно — тоже возразила.

— У меня больше двухсот имён. Всех медленно убивать?

Вздохнула:

— Дай, чем тут убрать. Потом всё расскажешь.

Убрал. И запах убрал. Кивнул на возникшую за её спиной дверь:

— Там можешь привести себя в порядок, если хочешь.

Она хотела. Встала и быстро прошла в ванную комнату.

— Госпожа Левкина тоже?! — Китара сидя в кресле внимательно просматривала списки — А она что сделала?

— Опять показать? — устало.

— Да! — зло.

Показал. Обнажённая госпожа Левкина в обществе трёх не менее обнажённых мужчин. Один из них пристроился к ней сзади, а двое других по очереди тыкали раскалёнными металическими прутами в лежащую прямо перед совокупляющейся парочкой…

— Довольно! — выкрикнула.

Вскочила и зажимая рукой рот опять побежала в ванную комнату. Вздохнул. Третий раз требует продемонстрировать, третий побег в ванную. Нравится ей себя мучить?

Через десять минут вернулась, обессилено рухнула в кресло и тихо спросила:

— Что со всем этим делать, Мар?

— У тебя хотел спросить — мрачно — Я у вас чужой, законов не знаю, просто убивать не желаю. Думал, ты мне подскажешь.

— Это всё из-за твоей демоницы! Если бы не её список… — замолчала.

— Они бы продолжили свои развлечения — закончил.

Перед этим пришлось рассказать, как вообще вышел на эти имена.

— Нам не поверят — обречённо проговорила Китара — Даже мне отец не поверит, и пытаться бесполезно. Мы ничего не можем сделать — судорожно вздохнула — Зачем ты мне это показал?! За что ты меня ненавидишь?!

Я? Ненавижу? Истерика.

— Не о том думаешь — пытаюсь успокоил — Я просто хотел узнать, какое им грозит наказание, каторга меня устраивает. А как довести информацию до тайной стражи сам уже придумаю. В крайнем случае через его величество.