А не сходить ли мне к библиотекарше Ули? Приглашала же. Там всё по-честному, деньги-товар. Никто не предаёт, не выносит мозги, не пытается воспитать. Куплю её ночи на неделю вперёд, и буду отдыхать душой и телом. И ей хорошо, и мне. Очень соблазнительно. Прямо-таки чертовски.

Вздохнул. Дожил, платной любви захотелось. Мда. Лучше напьюсь. Уселся за стол, сделал бутылку красного сухого, бокал, налил себе и чокнулся с бутылкой. За нас, мужчин. Ха.

Когда бутылка была второй и уже давно не полной, дверь распахнулась вновь. На пороге опять Никела.

— Я хочу тебе сказать, что я тебя ненавижу!

— И проклинаешь — подсказал — Слышал уже сегодня.

— От кого? — сразу заинтересовалась.

— Какая тебе разница, мелкая? Ты получила, что хотела? Вот и гуляй.

— Как ты меня назвал?! — угрожающе.

Устало попросил:

— Отстань, а? И без тебя херово.

Ага, отстала. Вошла, закрыла дверь и присела рядом:

— Рассказывай.

— Ты меня ненавидишь, забыла уже?

— Ты свинья — охотно согласилась — Но я-то нет. Если моему другу плохо, то я всегда ему помогу.

— Я твой друг? — удивился.

— Ты дурак, Миссеар. Рассказывай!

Блин. С удивлением рассматриваю её. Или я действительно дурак, или одно из трёх.

— Разругался со своей эльфийкой — признался, неожиданно для себя — Навсегда. Послал её. Да-ле-ко. Понятно, мелкая?

Ей было понятно. Но немного не то.

— И правильно! Зачем она тебе?

А зачем она мне? Да низачем. Никак и никуда. Но горько. Получается, меня использовали в своих целях, а потом выбросили. Надо бы радоваться, но не радуется. Я ведь верил, что нужен им.

— Ты не понимаешь, мелкая — вздохнул — Когда тебя предадут в первый раз, вот тогда поймёшь. А сейчас иди спать, темно уже.

— Прекрати называть меня мелкой! — обиженно — Думаешь, меня никогда не предавали?! Я столько предательств видела, что тебе и не снилось!

Да-да. Жутковзрослая. Усмехнулся.

— Пить будешь?

Создал второй бокал, налил и подвинул к ней:

— Попробуй. Оно не сладкое, но главное послевкусие. Как и во всём.

В общем, мы наклюкались вдвоём. С час перетирали за тяжёлую жизнь, что верить никому нельзя, особенно женщинам и красивым юношам. Говорили немного мимо друг друга, но зато выговорились и помирились. У меня метаболизм мощный, трезвел и напивался с примерно одинаковой скоростью. А вот Никеле скоро поплохело, я пару раз сделал ей общее оздоровление, но помогло не очень, на ногах стоять она категорически отказывалась.

Уже размышлял, куда с ней, но тут заявилась Герина. Обеспокоилась долгим отсутствием сестры. Увидев выпивку и пьяную мелкую сначала сильно возмутилась, но вдвоём мы уговорили её тоже продегустировать вино. Потом вовлекли в разговор про предательства и как с этим бороться, тема оказалась и для неё животрепещущей. Даже удивительно.

Последнее, что помню: уложил обеих девушек на свою кровать, укрыл, а сам разместился на полу. Сделал матрасик, подушку, одеяло, клятвенно пообещал себе «больше никаких постелей с друзьями», и отключился.

Глава 17

Проснулся, как и заказывал, на рассвете. Девочки ещё дрыхли, почему-то обнявшись. Места мало? Это проблема, но не очень большая. Сделал сон глубже и по одной перенёс их в собственную комнату. Очнутся и решат, что всё приснилось. Надеюсь. А мне надо подумать, как быть дальше. Эльфийки всё, однозначно. Есть границы, за которые я переходить не собираюсь. Чтобы сохранить уважение к самому себе. Я им ничем не обязан. Так оно и было с самого начала, но как-то вылетело из головы. Но я вовремя вспомнил. И с чего решил, что если девушка мне дала, то и я ей должен? Больной был, не иначе.

А вот старейшинам я должен. Меня же назначили жеребцом-производителем? Ну вот, буду исполнять свой святой долг. Завтра с утра схожу к старосте, договорюсь. Построю себе личный домик попроще, и буду в нём пару раз в неделю принимать жаждущих родить от меня эльфиек. Или три раза в неделю? Посмотрим, какой спрос будет. Главное, уговаривать никого не понадобится. И подстраиваться ни под кого не придётся. Проще надо быть, желание стать хорошим для всех вредит здоровью. В мужском теле тоже, как оказалось.

Честно посетил завтрак, поздоровался с целительницами, но не подсел к ним. Хватит с меня благотворительности. Если захотят, то сами подойдут. А мне от них ничего не надо. Никелу и Герину не видел, слава богам. Не знаю, как бы им в глаза смотрел. Напоил малолеток, позорище.

Потом скучные лекции, потом обед, опять лекции. Несколько часов перед ужином проскучал, и на входе в столовку наткнулся на Никелу. Ждала меня, и, удивительно, улыбалась.

— Спасибо!

— За что?

— За транспорт. Мы долго не могли поверить, что пьянка нам не приснилась.