– Я весь во внимании, Мария, – пробормотал директор. Он заметно краснел, потел, делал какие-то несуразные движения руками, то и дело ёрзал на кресле, но самое главное, его взгляд был прикован к взгляду Марии, и имел несколько сумасшедший оттенок.

– Та программа, разработанная вашими умельцами, работоспособна?

– Какая программа?

– Та самая, Геннадий Вениаминович. Земля слухами переполнена.

– А вы… – красный цвет лица директора плавно поменялся на бледный.

– Работоспособна? – повторила Мария.

– Несомненно, она прошла все стадии тестирования, – отчеканил директор.

– Замечательно. А если сделать копию, ничего не изменится?

– Ровным счетом ничего.

– То есть, любой банк, или ещё кто, может нашлепать копий и пользоваться ей, так? Вы же ещё не запатентовали сие чудо?

– Нет, и не торопимся. Мы, как бы вам сказать, и не слукавить?

– Говорите прямо, не стесняйтесь, Геннадий Вениаминович. – Мария закинула ногу на ногу, слегка одернув юбку. Директор лишь мельком обратил внимание на её движение, непроизвольно сглотнув слюну, и снова обратился к взгляду Марии.

– Мы не хотим пока ни с кем делиться.

– В этом есть свой резон, – заметила Мария. – А как быть с ворами?

– У нас отменная система охраны.

– Но вор все же завёлся, не так ли? Из своих. Или воры? Как быть с ними?

– Ворами? Вы знаете о ворах? – выражая легкое изумление, но, не отрываясь от глаз Марии, спросил Геннадий Вениаминович.

– Он сделал копию? – Мария наклонилась к директору.

– Да, и он, судя по всему, хотел её продать, – заворожёно говорил директор.

– Логично, не для себя же лично он её делал. И вам не любопытно узнать, кому?

– Конкурентам! – выпалил Геннадий Вениаминович.

– Несомненно, конкурентам. Но, каким? И конкурентам ли? Или же какому-то определенному лицу?

– Да, это бы и хотелось выяснить, но по ряду причин мы не хотим выпускать вора из поля нашего зрения. Понимаете, делом занялись органы.

– Страшные?

– ФСБ.

– И что вас смущает?

– Как бы они не переиграли все под себя.

– И поэтому вы бездействуете? Допустим, вы с ними договариваетесь. Вы отдаете вашему грабителю копию, тот идет на встречу с предполагаемым покупателем, и…

– Понимаете, мало ли что может произойти.

– Например?

– Я даже не знаю, наша служба безопасности опасается.

– Занятный каламбур. Хорошо, допустим, они, да и вы, я так понимаю, видите это так. Без участия ФСБ копия оказывается в руках вора, который знает, куда её далее сбыть. А с участием ФСБ копия оказывается в их руках, что тоже вам не хотелось бы.

– Тут дело даже не в самой копии…

– Подождите. Я понимаю все ваши опасения, но не можете же вы держать вашего бандита вечно. К тому же, это, насколько я понимаю, не совсем законно.

– Ситуация деликатная, поймите. У него все ниточки, которые нам бы хотелось собрать, как вы, верно, приметили, но он, мерзавец, молчит. А средств, цивилизованных средств, его разговорить у нас, в отличие от той же конторы, нет, да мы и не хотим.

– Вы сами превратили ситуацию в безвыходную. По этой причине вы прервали все банковские операции? Это вам не навредит?

– А как вы все выяснили?

– Я предположила. – Мария ещё ближе склонилась к Геннадию Вениаминовичу. Её голос принял низкие ноты. – И, тем не менее, кроме этого человека, снять копию с программы может любой осведомленный сотрудник банка. Так?

– Так, – испуганно ответил директор.

– Вы только что заявили, что дело даже не в самой копии. Есть что-то ещё? – От голоса Марии содрогнулись стены кабинета.

– Да, – прошептал директор.

– Что?

Директор набрал телефон приемной.

– Ирочка, пригласите Боброва из программного отдела…

Уже через десять минут Мария направлялась к выходу.

– ФСБ что-нибудь придумает, не выпуская вашего подопечного из-под стражи. Рада была пообщаться, Геннадий Вениаминович.

– Спасибо, – зачем-то ответил директор, оставаясь на том же месте.

– Удачного бизнеса. – Мария захлопнула за собой дверь кабинета.

Что-то очень теплое и мокрое, хлесткое, толи душ, толи водопад… и тьма…

Звенел телефон откуда-то из-за водопада. Звонко таял. Геннадий Вениаминович не сдвинулся с места. Послышался стук в дверь, еще, еще, стук нарастал. Геннадий Вениаминович пришел в себя. В кабинет вошла секретарша.

– Геннадий Вениаминович, у вас через полчаса совещание, вам подготовить документы, что я собирала с утра?