«Отец, сколько нужно еще мучиться нашему народу? Должен быть другой путь. В легендах говориться, что существует другой мир, где тепло и много пищи. Я должен его отыскать», – признался я отцу Антиану.

Старик задумался. Я почувствовал, что он чешет затылок. Он так всегда делает, когда думает.

« Сынок, я знаю один мир на верху. Там тепло и много пищи, но не очень он добрый. Там есть человеческие существа, и я боюсь, что они нам не будут рады. За место под солнцем нужно бороться. Я не хочу, чтобы мой народ уничтожили».

« Отец, о каком солнце ты говоришь? О котором говорится в легендах, которое потухло в древние времена?», – переспросил я старика.

« Нет, оно не потухло. Оно до сих пор светит на поверхности, и я хочу, сынок, послать тебя туда. Ты должен войти в мир тех людей и попытаться понять, сможем ли мы тоже выйти туда и жить с остальными».

« Если ты так решил, отец, то я так и поступлю. Но мне кажется, что мир, который мы ищем, из легенд, где тепло и светло, находится где-то рядом под землей. Я не верю, что нам дадут возможность жить наверху. Несмотря на то, что мы воруем там пищу, нас там считают чем то вроде невероятного явления. Если бы точно узнали о нашем существовании, как говорил дядя Алекс, нас бы использовали для опытов» – ответил я чистую правду.

Мне много рассказывал о наружном мире дядя Алекс, который живет на верху и дружит с моим отцом. А порой мне кажется, что он больше распложен к моей маме, но в нашей семье это не считается преступным. И я уверовал, что как считает дядя Алекс, нельзя ничего изменить и что нужно продолжать держать наше существование в тайне.

Задание, которое дает мне отец, трудно выполнимо, но в наших обычаях выполнять волю отца. И я согласился. К тому же мне тоже хотелось побывать снаружи, посмотреть на людей с другого мира. А более всего мне хочется увидеть солнце. Не через случайное отверстие в земле, а по настоящему, во всей красе. Мне много о солнце рассказывал дядя Алекс и я просто таки влюбился в солнце.

Еще меня побреют, помоют в настоящей ванне с теплой водой. Это меня больше всего шокировало, но все же казалось интересным. Еще мне придется привыкать к одежде. Но я уже привык носить шорты и майку. Дядя Алекс всегда мне приносил вещи.

Еще мама сказала, что я не такой, как все мы, и что я не должен об этом забывать. Что мне с моей внешностью легко будет привыкнуть к новому миру. Я понял, что в моей крови есть гены дяди Алекса, поэтому я так на него похож, и я не буду подозрительно выглядеть на поверхности.

Все прямо уверяют меня в успехе этой операции, но мне страшно. Но дядя Алекс сказал, что мне пора в школу, и что он объяснит мне потом, что это такое.

Алекс.

Сегодня я заберу парнишку к себе домой. Нужно сына Антиана, а вернее моего сына пристроить на поверхности. Мы решили, что он пойдет в школу, вырастит, закончит несколько институтов и сможет заработать деньги для новых планов по выводу на поверхность народа Антиана. Конечно тяжело будет вывести на наружу настоящих антианцев, но этот мальчик Ванав, нужно называть его Ваня, непохож на обычных жителей подземелья. Он больше пошел в меня, почти не имеет волосяного покрова. И мне с рождения пришлось снабжать его одеждой.

Мы придумали мальчику легенду, сделали на него документы. При современной коррупции в бюрократической системе это была пара пустяков. У меня даже никто не спросил, зачем мне свидетельство о рождении на пятилетнего мальчика. Просто сказали суму, и я выложил. С деньгами пока трудновато, но Антиан нашел несколько самородков золота в подземельях. И мне удалось их удачно реализовать на черном рынке, так что здесь опять не возникло вопросов.

В семье у нас нет секретов друг от друга. Жена узнала о существовании народа Антиана, а теща давно об этом знала. Она встречалась с отцом Антиана, и вероятнее всего моя жена может оказаться сестрой Антиана.

Придет время, и теща все расскажет, я не могу на нее давить.

Еще одно – одновременно с женой Антиана родила и моя жена сына Владика. Я то понимаю, что это не мой сын, но и сам то я не святой. С женой мы не говорим об этом в слух, но и любим всех детей одинаково. Главный тот, кто воспитывает.

Антиан.

Я старею, а мир вокруг меня не меняется. Эта темнота, сырость. Печально, но мой народ, привыкший к этому и совершенно не представляет, как там наверху. А я там был. Там прекрасно, удивительно прекрасно. И я ничем не могу помочь своему народу. Прекрасно понимаю, что стоит только высунуть нос наружу, как на нас объявят охоту. Алекс часто рассказывает, что видел по телевизору новости, в которых временами рассказывают о встречах со снежным человеком. И в итоге сразу снаряжается экспедиция. Весь мир желает найти снежных людей, но что потом с ними делать, никто не знает. Если найдут кого-то из моего племени, я ему не позавидую. Тот мир, что наверху, живет двойной жизнью. В последнее время я прочитал много книг, которые давал мне Алекс, а так же журналов, газет, исторической литературы, учебников и всего прочего. Я понял одно – мир наверху опасен, несмотря на то, что там светит солнце.

Нужно сказать Ванаву, или Ваньке, теперь это его новое имя, что его отец Алекс. Правда, он мог давно уже догадаться, к тому же он не плохо читает мысли. Но все же ему будет приятно услышать это от меня. И чтобы мальчик не думал, что у его родителей есть тайны от него.

Я прекрасно понимаю, что для людей с поверхности мой вид ужасен. Волосяной покров на теле и мой рост внушают страх. Нас боятся, а что боятся, того не понимают. Люди на поверхности хилые, они потеряли все свое мужество. Мой народ привык к выживанию, и длинные коридоры подземелий привычные в повседневной жизни. Наших людей не испугаешь темнотой. Какой бы вид животного или человека мы не встретили, страх не парализует нас.