В остальном же Орден абсолютно не контролировал подземное сообщество. Но и там сформировалась своя власть и законы.

Населения Читакха составляло около шестидесяти тысяч гостей, и было представлено сотнями различных видов.

Йован попал сюда в один из тайных ходов, не известных служителям Ордена. Так он, во всяком случае, думал. Он надел плащ из плотной ткани, чтобы не светить доспех, скрыл свой запах, лицо и человеческий силуэт. Внизу людей не любили, но в таком прикиде он мог сойти за кого угодно. На вид он был уверен в себе, опасен и способен создать проблемы. Да так и было. Страха перед другими созданиями Бога или Богов Йован не испытывал совершенно.

Внешний вид города и его обычная жизнь могли свести с ума даже подготовленного агента. Центральные улицы местами были лишены света, а где-то горели очень ярко, всеми цветами радуги, освещенные самыми немыслимыми источниками света. Жилища местных располагались по всем склонам подземелья, даже у верхних сводов пещер, вверх тормашками, некоторые дома нарушали законы физики, висели в воздухе и были больше внутри, чем снаружи.

На тесных улицах вечно царили давка и шум. Некоторые обитатели напоминали людей, другие были на них не похожи, или же их внешний вид и вовсе не укладывалась в голове. На человеческий вкус большинство из них были отвратительны. Особенно те, что больше напоминали насекомых или странные формы жизни вроде слизней или сгустков света, способных своим мерцанием вызвать эпилептический припадок.

Но были и исключения. На секунду Йован встретился взглядом с невероятной красоты фейри. Она вся светилась, в буквальном смысле этого слова. Какой-нибудь неофит-мужчина, встретив такую, обязательно бы потерялся. Но Йован знал, что под привлекательными влажными губами скрывается два ряда остроконечных зубов, которые любят отрывать куски плоти целиком. Прекрасный на вид, но отвратительный и подлый по своей природе хищник. Честно признаться, иногда у Йована были фантазии, как он пропускает с такой пару стаканчиков, и дело заходит дальше. Но сейчас у него были более важные дела.

Йован продирался через толпу и ритмично дышал, пытаясь побороть нервозность и окружающий его калейдоскоп запахов и тел. Вдох, пауза, выдох.

Наконец, он дошёл до местного храма — хмурого, пыльного и покосившегося куска глины. Таких в подземелье было несколько, все они были мультирелигиозными. Вынужденная необходимость. Каждый гость приносил с собой свою веру или даже несколько. Среди гостей атеистов было немного, они видели больше, чем люди.

— Английский? — тихо спросил Йован, пытаясь привыкнуть к темноте внутри храма.

— Немного, — с трудом ответил ему грузный и неповоротливый служитель храма, прячущий свои толстые конечности и голову в балахон. — Человек редко быть тут. Утешение?

— Нет. Я ищу Ткооткаа.

— Отбыл. Теперь я служить храм, — пробурлил служитель.

— Печально. Ты знаешь, кто пришел в город людей?

Служитель храма, с трудом развернулся в узком пространстве и начал бросать на пол сушёную, дурно пахнущую траву.

— Я не знать. Чувствовать — сильный. Плохо. Скоро все уходить. Страшно.

— Кто может знать? — Йован старался говорить максимально упрощенно.

— Такого не было. Новый. Плохо. Никто не знать. Я не помогать. Ты уходить с миром и процветать. Прощать. Найти половину.

Йован поклонился служителю и вышёл. Тупик, но нужно сохранять спокойствие. Подземелье было для него приключением, хоть и смертельно опасным. Местные жители были нервными и обеспокоенными, это чувствовалось в воздухе. Раньше он заходил сюда не только в поисках информации, но ради адреналина и сомнительных развлечений.

— Ну привет, Услкх. Помнишь меня? — Йован дошел до знакомой «забегаловки», если её так можно было назвать, и обратился к хозяину, похожему на большую жабу.

— Как же мне тебя не помнить, друг? Моя рад видеть тебя! Заходи-заходи, всё моё — твоё! Давай накормлю, напою, — хозяин был, как всегда, радушен.

— Мерзкий ты жучара, Услкх. Не буду я твоих червей жрать, уж прости. Больше ты меня не уговоришь. Я по делу пришёл.

— Хороший, свежий, всё для тебя, осх! Ты не пробовал, там наверху нет такого. Любить будешь самок. Много!

— Всё завались! Знаешь, кто явился в город? Сверху?

— Не сверху. Снизу. Не знаем его, не наш. Мы его не звали. Плохой. Убейте его.

Йован устало вздохнул и побрёл дальше. Услх нервничал, раньше такого не было…

***

…В тяжелую металлическую дверь мягко постучали три раза. Медленно соображающий огромный гворкх, работающий тут охранником, пытаясь не застрять в проемах коридора, гулко протопал к двери и открыл окошко. От короткой очереди из дробовика его лицо превратилось в месиво. Раненый, но не убитый, пытающийся не захлебнуться кровью, он тяжело упал на дверь, которую должен был охранять.