– Пойдём, – говорит Келли с нетерпением и тащит меня к двери.

Ещё несколько человек удивлённо таращатся на меня, поднимая брови вверх. Я сдерживаюсь, чтобы не закричать «Я – не Саманта! Я её сестра!» Но моё благоразумие выше эмоций, тем более даже на этой великолепной вечеринке меня невозможно надолго задержать.

Мы с Келли выходим на улицу. Я не могу перестать глазеть на девушку, которая общается с кем-то без лифчика и пьёт свой напиток. Чёрт, как же не красиво вот так явно рассматривать человека, но, серьёзно, как так можно делать? Неужели ей совсем не стыдно?

В любом случае, здесь очень круто. Все такие улыбчивые, весёлые, и я, конечно, понимаю, что отчасти это потому, что они уже выпили, но всё равно я чувствую, что мне здесь уютно и хочется остаться хотя бы на часик ещё и ощутить вкус свободы, которой я была лишена и которой наслаждалась Саманта.

Я собираюсь обернуться и спросить Келли о том, почему же Шеннон не предупредила меня о дресс-коде, но кто-то, – а кто я понятия не имею – грубо хватает меня за волосы. Келли вздыхает от неожиданности. Музыка мгновенно выключается. Все с интересом и некоторым испугом смотрят на меня и на моего «палача».

– Отпусти-и-и! – ною я, держась обеими руками за корни своих длинных волос.

Он делает мне больно. Так больно!

Это мужчина, я не могу ошибаться. Это мужская хватка.

– Отпусти меня! – говорю я более требовательно, и слёзы выступают на глазах.

Злой смех над ухом вызывает тошноту.

– Какого чёрта ты, сука, пришла в мой дом?! – ревёт мужской голос, а его пальцы ещё сильнее держат меня. – Отвечай! – велит он громче, встряхивая меня.

Но, клянусь, я не знаю, в чём дело, и от боли и унижения начинаю плакать на глазах у любопытных людей. Я хочу быть сильной, но не могу.

Глава 3

Агнес

Через всего несколько мгновений моего прилюдного позора, обидчик решает, что страданий с меня недостаточно. За волосы теперь он тянет меня куда-то, и таким образом я попадаю в дом. Кричу от боли, но, кажется, никто не слышит из-за громкой музыки, которую снова воспроизвели. Однако, люди, замечающие, как меня тащат вверх по лестнице, лишь, открыв широко рты, показывают на меня пальцем своим друзьям. Кто-то достаёт телефоны и начинает щёлкать. Конечно! Больше фото! Разошлите во все социальные сети моё заплаканное лицо!

Наконец, обидчик открывает одну из многочисленных дверей с левой стороны коридора и практически швыряет меня к мраморной раковине. Я чуть ли не падаю, но держусь руками за края умывальника, уже не сдерживая рыданий. Не так я себе представляла мою первую вечеринку в этом городе.

Медленно оборачиваюсь. Я так зла! Так зла! Но мой противник, кажется, ненавидит меня ещё больше, чем я его, ведь его ноздри раздуваются, щёки покраснели, а руки он сжимает в кулаки. Я пытаюсь перевести дыхание, но от этого мои всхлипы становятся только громче. Я только собираюсь спросить, что это, чёрт возьми, только что было, как он открывает рот и рявкает на меня:

– Что ты тут делаешь? А?

Его голубые глаза загораются. Он проводит рукой по тёмным, коротко стриженым волосам и ревёт:

– Отвечай!!

Я содрогаюсь от страха и отшатываюсь назад. Ванная отнюдь не большая, и мне приходится упереться спиной о раковину.

– Я не… н-не… понимаю… ч-что происходит? – заикаюсь я, заливаясь слезами.

И тут он начинает смеяться. Я почему-то замечаю, что глубокие ямочки выступают на его щеках. Он смеётся заразительно и бьёт себя руками по коленям. Выпрямляется и снова хохочет. Его смех какой-то странный: то ли злой, то ли сумасшедший. Но я молчу. Мне страшно сказать хоть слово.

– Не понимаешь? – улыбается он во весь рот.

Его лицо вновь перекашивается от злости, когда я отрицательно качаю головой.

– Слушай, Саманта, мне надоели твои игры! Хватит прикидываться бедной овечкой! Ты стала сама на себя не похожа. – Он кивает рукой в мою сторону. – Плачешь. Почему ты плачешь? Кажется, несколько месяцев назад за подобное ты бы ударила меня, по меньшей мере.

Он принял меня за мою сестру? Ну да, стоило догадаться сразу. Я не хочу конфликтовать с ним. Я могу нагрубить ему, но лучше я скажу ему спокойно, что я не Саманта.

– Я, вообще-то, сестра Сэм, – отвечаю я, а нижняя губа у меня дрожит.

Высокий парень в синей футболке тот час же переводит взгляд на родинку на моей челюсти – мы похожи, и в этом тоже, – и его взгляд становится ещё более несокрушимым.

– Смешно, – кивает он однократно и складывает руки на груди. Они накачены, но не сильно. – Я оценил шутку, – в этот раз умиротворённо говорит он.– А теперь давай на чистоту: почему ты не уберёшься раз и навсегда из Палм-Бей? Ты посчитала, что принесла мне недостаточно унижений перед моими друзьями, родителями и партнёрами моего отца?