Взгляд брата был скептическим.

– И ты ничего не ощутил, когда она сказала о свидании.

– Ничего не ощутил.

Он покачал головой.

– Я бы на твоем месте ее не отпустил. Ты лучше меня.

Я слабо улыбнулся. Судя по моим чувствам кое к кому, я в этом сомневался.

Джен так и не прислала пароль. Но она позвонила и сказала, что свидание прошло хорошо, и что она собирается увидеть его снова. Больше я с ней толком не связывался. Тори скучала.

Кого я обманывал? И я скучал.

Не из-за того, что потерял, что имел, а потому что мне было скучно. Я сидел неделю спустя, смотрел телевизор с собакой. Эддисон еще могла позвонить, и Кевин отправился на север проверить дом. Стоял март, мы почти не бывали там с октября, и Кев вдруг захотел отправиться туда. Я подозревал, что происходило.

Ему хотелось побыть одному.

С приближением свадьбы они с Эшли не могла ни в чем прийти к согласию. В последний раз они поссорились из-за праздничного ужина. Кевин хотел устроить шведский стол – так было дешевле, угощения были разнообразнее. Эшли считала, что заставлять людей ждать ужин в очереди, было грубо. Я послушал брата и согласился с ним – я бы тоже выбрал шведский стол. И пусть гости обслуживают себя сами. Это стоило экономии.

Не стоило всю ночь размышлять о выборе Кевина, и я решил прогуляться с Тори. Мы прошли три квартала и вернулись, поговорили по пути со спортсменкой в облегающей одежде. Она восхитилась Тори. Я заметил, как она хлопала ресницами, мило улыбаясь, как и намек в ее словах, что она бегает тут каждый вечер, но еще не встречала нас. Если бы она знала, что я собирался вернуться домой, подогреть тушеную капусту, оставленную мамой, и завалиться в постель, чтобы ждать звонка Эддисон, пока она будет бегать. Еда мамы и ожидание звонка бывшей точно не были чертами сексуального холостяка.

Близилась полночь, и звонка все не было, и я начал переживать. Она обещала позвонить ночью, когда мы заканчивали разговор утром. Но я мог не так расслышать в полусне. Я хотел написать ей, когда телефон зазвонил.

– Эй, – с радостью ответил я. – Я ждал твоего звонка.

– Правда? Я так часто звоню?

Черт, это был не голос Эддисон.

– Эшли?

– Единственная и неповторимая.

– Почему ты звонишь мне с телефона Эддисон?

– Потому что мы застряли.

Она звучала недовольно.

– Что случилось? – спросил я, отбрасывая одеяла и спуская ноги на пол.

– Девичник пошел не так, – фыркнула она.

Я нахмурился и принялся искать джинсы.

– Где ты? Где Эддисон?

– Мы в «Некто». Погоди, – открылась дверь, музыку стало слышно громче. Наверное, Эшли шла по клубу. – Прости! – закричала она. – Я должна найти ее. Она на танцполе!

Я откопал футболку в шкафу и натянул через голову. Я добирался туда почти час. Их машина сломалась, и я спросил:

– Вам нужен эвакуатор?

– Нет! – она издала горький смешок. – Дерек забрал ключи Эддисон!

Я застыл.

– Что?

– Просто приезжай! – закричала Эшли, музыка становилась громче. – Моя выпивка выветривается, и мне нужно приглядывать за ней девочкой!

– Почему?

– Скажем так, она не чувствует боли!

Я пошел к входной двери и отыскал обувь.

– Я выдвигаюсь.

– Хорошо! – крикнула она и повесила трубку.

Я прибыл в клуб после часа ночи. Я нарушил кучу правил, чтобы приехать быстрее, но хотел добраться до девушек. Кевин убьет меня, если что-то случится с Эшли, и я не понимал, зачем Дерек так поступил, так что хотел выяснить.

Козел.

Я искал в зале знакомые лица, нашел Эшли у высокого стола возле танцпола. Она пила через соломинку. Я шел к ней и заметил, что ее взгляд куда-то направлен. Я замер рядом с ней и проследил за ее взглядом.

Я раскрыл рот.

В прошлый раз я видел Эддисон в больнице. Этой ночью она танцевала с закрытыми глазами, не замечая мир вокруг себя. Она была в черном узком и коротком платье, и оно казалось скромным спереди, хоть и было коротким. Но, когда она развернулась, оказалось, что спины у платья почти нет. Вырез заканчивался над ее попой, Тонкие железные цепочки удерживали края платья. Огни на танцполе сверкали на металле, гипнотизируя меня. Или дело было в ее движениях. Я не знал. Я скользил взглядом по ее ногам, по туфлям на высоких каблуках с лентами на лодыжках. Непрошенные мысли пробрались в голову.

Я, идущий на танцпол.

Я, прижимающий ее тело к себе.

Я, целующий ее до потери дыхания.

– Нравится шоу? – спросила Эшли.

Я посмотрел на нее, она ухмылялась. Она выпрямила ноги и взяла сумочку.

– Забери ее, чтобы мы могли уйти, – сказала она.

– А ты почему не можешь? – спросил я.

Эшли бросила на меня взгляд, просящий не глупить.

– И я битый час пытаюсь усадить ее. Она меня не слушает.

Я повернулся к танцполу и Эддисон. Ее глаза все еще были закрыты. Я обходил тела, подошел к ней, когда она повернулась ко мне спиной. Я сжал кулаки, чтобы не касаться ее.