Шрифт:
Час ночи.
Ее точно убьют.
– Арсений! Проснись! Быстрее! – она включила свет и принялась тормошить друга, но он так крепко спал, что не реагировал. – Блин, Морозов, вставай! Меня папа убьет!
– Не убьет, я тебя отпросил до воскресенья. Давай спать.
И отвернулся.
– Что значит отпросил? – не унималась девушка. Они, конечно, по детству часто ночевали друг у друга, но всегда были при этом родители.
– Анька-а-а, дай поспать!
– Арсений! – он нехотя повернулся и даже сел, потирая глаза и широко зевая.
– Ты спала, позвонил дядя Юра. Я ему сказал, что ты у меня заснула. Он разрешил тебе остаться. Все. Давай спать. И свет выключи.
Что значит спать? Вот тут? Вместе? От этой мысли у нее задрожали коленки. Ну и что, что десять минут назад она и так спала рядом с ним, она ведь не помнила, как заснула. А сейчас не сможет, когда он так близко от нее.
Ей и так с трудом даются эти ежедневные встречи наедине.
– Хорошо. А где я буду спать? – она переминалась с ноги на ногу, стоя около дивана.
Арсений тяжело вздохнул, повернулся к ней и встал с дивана. Он потёр глаза, сбрасывая сонливость и посмотрел на подругу. Лучше бы он этого не делал! Вот черт! Ему давно не 17, но одного взгляда на Аньку в его футболке просто сносил ему крышу и он почти полностью терял самообладание. Ему до ужаса хотелось, чтобы Аня лежала рядом, очень близко и желательно без одежды, хотя тогда бы они точно не спали. Он и сам не понял, как уснул рядом с ней, помнил только, что прилег на минутку и слегка обнял, боясь разбудить. Потом ничего не помнил.
– Давай, я постелю тебе в спальне. – «От греха подальше» докончил предложение в своей голове.
– Хорошо.
– Аня чувствовала некоторую неловкость. – Хотя знаешь, я, наверное, пойду на кухне порисую. Что-то спать расхотелось. Ты не хочешь чай?
– Давай, раз уж разбудила меня.
Аня пошла на кухню, поставила чайник, достала из сумки свой планшет, скетчбук и акварельные маркеры. Ей нужно сделать несколько набросков, чтобы к понедельнику успеть нарисовать задание по живописи по мотивам любимого литературного произведения. Она выбрала «Шерлока Холмса» Конан-Дойля. Только решила рисовать не абстрактного, а вполне реального – из нашумевшего и очень любимого сериала «Шерлок» с Камбербетчем. Поэтому включила одну из серий на планшете и, периодически посматривая на экран, делала наброски. Она погрузилась в работу и даже не сразу услышала, что чайник давно закипел и свистит на весь дом. С ней часто такое бывает, стоит начать рисовать.
Арсений выключил безумно свистящий чайник, разлил по чашкам чай, одну придвинул поближе к подруге и сел напротив, любуясь процессом. Ему всегда нравилось наблюдать, когда Аня рисует, а для нее в это время словно весь мир переставал существовать.
– Ааань! – позвал подругу, отчего она только что-то неопределенно пробурчала-промычала. – Ань, как ты это делаешь?
Девушка все же оторвала взгляд от блокнота и посмотрела на друга, не понимая, о чем он.
– Что делаю?
– Рисуешь. Пару раз что-то чиркнула и готов портрет. Я в жизни так не смогу!
– Ты с мое отучись сначала в художке, потом в универе и тоже так сможешь. – она снова уткнулась в блокнот.
– Нет. Точно не смогу.
– Ты же знаешь, что мой учитель всегда говорил, что научить рисовать можно и собаку?
– Так то же собака! Я-то уж точно не смогу!
Она прыснула от смеха, но быстро сосредоточилась на работе.
– А как ты простыми маркерами так красиво рисуешь?
– Простыми маркерами?! – Аня даже в сторону отложила свой блокнот. – Ты хоть знаешь, сколько они стоят? Можно простенький смартфон на эти деньги купить или месяц у нас в столовке каждый день пирожки есть.
Вообще-то, она много раз это ему говорила, но ему захотелось немного ее отвлечь и поэтому он приставал к ней с расспросами.
– А ты помнишь, что завтра у меня вечером вечеринка в честь новоселья?
– Угу.
– И ты должна все приготовить?
– Угу.
– Это же на целый день, ты понимаешь?
– Да.
– А у тебя нет на завтра планов? А то ведь отложить придется. – он окольными путями пытался выяснить, что же там у нее с этим Ромой должно быть завтра. Он готов сделать все, чтобы помешать ей с ним встретится.
– Да помню, я помню! И ничего на завтра не планировала! Ты отстанешь?
– Точно? Может ты забыла, как всегда?
– Да не забыла я! Почему ты спрашиваешь?
– Да так. Чтобы ты точно ни на что не отвлекалась. У нас много работы.
– Давай ты помолчишь и не будешь мне мешать, иначе я завтра ничегошеньки делать не буду и самому тебе все делать придется!
– Молчу-молчу.
Аня продолжила рисовать, а Арсений тихо радовался, улыбаясь от уха, что она не помнит об этом Роме, иначе бы сказала. Значит не так он для нее и важен.