Бурый вышел от лекаря. Он протер рукой вспотевший лоб и выдохнул. Испытывая терпение отряда, он сделал небольшую паузу, а потом сказал:

– Да не дрейфьте. Все уже путём.

– Что с ним?
– в один голос спросили все участники Каравана.

– С парнем все будет нормально. У него аллергическая реакция, - сказал вышедший из хижины Уно, вытирая тряпкой руки.

Вид у него был усталый и слегка виноватый.

– На что аллергия то?
– спросил Вил Лайзен.

– По всей видимости на напитки.

– Но мы же все пили?!

Отряд кивнул лекарю подтверждая слова Лайзена.

– Это очень редкая реакция. На самом деле нечасто такое происходит. Я дал вам всем листья Окка, которые являются противоядием от яда Шакто. Так вот если в один день принять эти листья, а потом выпить что-либо содержащее нектар морошки...

– А откуда взялся это нектар?
– вступил в разговор Бурый.

– Я немного экспериментировал и на этот раз настаивал пиво на ней. От неё послевкусие необычайное. Но оговорюсь сразу. Аллергическая реакция крайне редка в этом случае, даже для новых людей на болотах. У кого-нибудь из вас есть хоть какие-нибудь жалобы?

Весь отряд неуверенно развел плечами. Все себя чувствовали нормально. Даже на похмелье никто не жаловался. Говоря прямо - лучше себя чувствовать после пьянки вообще никому не доводилось.

– У Лазло слабый желудок, - сказал Ларс.
– Он регулярно жаловался что съел что-то не то.

– Во всяком случае ему уже ничего не угрожает, - подытожил Уно.
– Но ему нужен покой. Нужно лежать. И пить воды побольше.

– Сколько?
– пристально глядя на лекаря спросил Тегай.

– Хотя бы полдня.

Тегай хмуро посмотрел на Бурого. Тот поймав на себе взгляд сразу отреагировал:

– Нам нужно выдвигаться максимум через пару часов. Уже ждут.

– Слушай, Бурый, - в разговор вклинился Вил Лайзен.
– А зачем ты тащил булыжник ночью?

– Какой булыжник?
– не сразу понял его Заказчик.

– Ну когда мы тебя увидели, ты нём какой-то здоровый камень.

– А, это...
– рассеяно улыбнулся Бурый.
– Ты много здесь видел булыжников, как ты изволил выразиться?

Вил посмотрел по сторонам.

– Нет, - ответил караванщик.

– Так вот это не булыжник, а полезное ископаемое, которое часто пригождается в быту. Его можно...

– Можно к нему?
– старшина громко обратился к лекарю, специально прервав Бурого.

– Только кто-то один. У меня слишком тесно. Боюсь побьете мои драгоценные пробирки. Ян уже побил.

Тегай кивнул, и не оглядываясь на отряд шагнул в дом к Лазло. Он лежал на скамье, на которой Уно вчера проводил снятие паразитов со всего Каравана. Парень был без сознания, весь бледный. Рядом со скамьей лежало деревянное ведро, наполненное какой-то густой черно-синей жидкость. Сообразив, что это испражнения подчинненого старшина аккуратно ногой отодвинул ведро ногой в дальний угол дома.

"Разговор по душам придется отложить", - вспоминая свои воспитательные намерения подумал Тегай.

В углу стоял тот самый сундук, который предстояло доставить партнёру Бурого.

"Кто-то гонит самогон на Болотах? Или там внутри что-то поинтереснее?"

Любопытство побороло его. Тегай протянул руку, чтобы открыть сундук.

Один из главных лозунгов Каравана Компании гласил: "Нам всё равно что доставлять! Нам это даже не интересно". А вот Тегаю это всегда было интересно. Согласитесь, обидно погибнуть в ходе нападения бандитов, не зная, что ты везешь обычную картошку. Так бы можно было им крикнуть: "Мужики мы везём картошку, хотите забирайте, только не убивайте". И дело с концом. Словом, далеко не все скрывают информацию о грузе. Например, Мори Дорер, глава Каравана, которого заменил Тегай, в свои последние минуты прекрасно знал, что погибает во время доставки равильских ягод, которые за килограмм стоят жалкие пол рима.

"Если не дай Бог, мне предстоит погибнуть из-за этого шального заказа, я хотя бы буду знать из-за чего".

За спиной раздался громкий кашель. Лазло приподнялся на скамье и разбрызгивая черную жидкость по всему дому, неистово откашливался и стонал. Уно вбежал в дом и начал искать глазами ведро. Увидев его в углу рядом с сундуком, он стремглав схватил его и поставил рядом с больным. Кашель Лазло перешёл в рвоту как раз в тот момент, когда Уно подставил для него ведро. Жестом лекарь пригласил Тегая покинуть помещение. Выходя из дома старшина повернулся и бегло оглядел помещение: на стенах, полках, на располагавшихся на них склянках и банках, даже на потолке, были следы тёмной блевоты.

"Неудобно как-то получилось с эти ведром".

***

– Все-таки неправильно что мы идём без него.

– Он отравился, его сильно рвёт, ты сам это видел. Он точно не сможет отправиться с нами, - сказал старшина.

– Не нравится мне это, - тихо сказал Алфи.

– Признаться, мне тоже это не нравится. Не по-товарищески это как-то, - выдал Ларс Курощуп, на которого все в изумлении вылупили глаза остальные.
– Да что я сказал-то такого!?

Все видели, что Лазло и Курощупа связывают особые отношения, но все считали, что это скорее всего это антипатия, так как Ларс вечно отпускал различные колкости в отношении товарища по отряду.