На губах миссис Айви расплывается улыбка.

— Тогда разбуди его.

От этих слов уже я не в силах сдержать смех. Моя матушка кивает. Я встаю на ноги, а потом подхватываю спящего малыша с колыбели. Он зевает, когда я подношу его к миссис Айви. Мы все любуемся крошечным созданием, когда я передаю матери ребёнка. Женщина спускает с плеч одежду, а моя матушка помогает приложить малыша к груди.

Когда малыш начинает сосать молоко, на мои глаза наворачиваются слёзы при виде матери, кормящей своё новорождённое дитя.

— Как ты себя чувствуешь, Джинни? — спрашивает моя матушка.

— Лучше, — шепчет она голосом, переполненным эмоциями. — Позовите моего мужа, чтобы он мог встретиться с сыном.

В этот раз встаёт матушка, чтобы позвать главу семейства. Когда он приходит, глаза мистера Айви сияют от волнения и благодарности. Я выхожу из комнаты, чтобы дать мужу с женой побыть наедине с их маленьким чадом.

Матушка влетает следом за мной на кухню и обнимает меня. А потом отстраняется, обхватывает ладонью мой подбородок и приподнимает.

— Дочь, ты сегодня спасла жизнь женщине. Но больше никогда не смей мне перечить.

Не знаю, плакать мне или смеяться, а может, следует сделать и то, и другое.

— Я должна была попытаться.

Матушка кивает, а потом размыкает объятия и отворачивается, чтобы заняться делом. Я понимаю, что её тоже переполняют эмоции, а, занявшись работой, легче пережить момент. Чуть позже я замечаю жеребца за окном.

Август ещё не уехал? Прошло больше двух, а может и трёх часов, как я зашла в дом.

Когда матушка выходит из кухни, чтобы вернуться в комнату роженицы, я выхожу на двор. Жеребец поднимает при виде меня морду, словно приветствуя, а я выглядываю его хозяина. Август сидит у дома и дремлет, положа голову на согнутые колени. Я прикрываю за собой дверь, и его глаза распахиваются.

В следующую секунду он вскакивает на ноги и не сводит с меня глаз. На мгновение я вижу перед собой не злобного мужчину, который пытается навести на меня страху. А человека, который заботится о других и обо мне. Готового отправиться в полнолуние в лес, рискнув тем самым собственной жизнью. Того, кто сражается с волками, пока я нахожусь в безопасности хижины аптекаря.

Я иду к нему, а Август следит за мной своими полуночными глазами.

— Эликсир помог? — спрашивает он хрипловатым ото сна голосом. Август откидывает с лица непослушные пряди, выбившиеся из-под кожаного шнурка.

— Да, — отвечаю я, не в силах сдержать улыбку, расплывающуюся на моем лице.

Без раздумий я подхожу к нему и обвиваю руками шею.

— Спасибо, — выдыхаю я, уткнувшись ему в грудь. — Ты сегодня спас роженицу.

С минуту Август не шевелится. Не сомневаюсь, что я испугала его своими действиями. Потом его руки скользят вокруг меня, и он крепко прижимает меня к себе.

Моё сердце готово вырваться из груди, а пульс неистово бьётся. Эти ощущения новые для меня и далёкие, и я каждой частичкой тела чувствую твёрдые мускулы Августа, прижатые к моим изгибам. Он горячий, твёрдый и такой… Август. Мне хочется навечно остаться в его руках, вдыхать его особый аромат со смесью пряностей. Но чем больше я рядом с ним, тем сильнее жажду…

Я отстраняюсь от него и пытаюсь взять под контроль свои чувства. Август отпускает меня, но я не в силах поднять на него глаза, ведь он увидит в них правду. Кровь в моих венах бурлит так, будто я со всех ног бежала по деревне. Август обхватывает ладонью мой подбородок и приподнимает, заставляя посмотреть на него. Это совсем не помогает мне прийти в себя.

Он смотрит на меня, завораживая своими тёмными бездонными очами.

— Я рад, что она поправится, — говорит он, поглаживая мой подбородок.

Я не в силах пошевелиться. Дышать.

— Что же мне с тобой делать? — продолжает он, а затем поднимает вторую руку и обхватывает моё лицо ладонями.

От его тёплых мозолистых рук я вся пылаю. Кажется, сердце вырвется из груди, если он перестанет прикасаться ко мне. Мне нужно пространство. Необходимо окунуть голову в ледяную колодезную воду.

Но прежде чем я успела отступить, рука Августа скользит к моему затылку и пальцы зарываются в моих волосах. Он опускает голову.

А потом целует меня.

У него тёплые губы. Лёгкая щетина щекочет мне кожу, но это лишь усиливает дрожь наслаждения. Август притягивает меня ближе, а потом его поцелуй становится торопливым, словно он уговаривает меня ответить. И я подчиняюсь.

Я уже целовалась с парнем или двумя, но я быстро ощутила разницу между поцелуем мальчишки и мужчины. Август тщательно исследует мой рот. Одна его рука зарыта в моих волосах, а вторая скользит по спине и задерживается на талии. Нет спору, Август целуется как истинный мужчина.