Я подняла на Фила глаза. Он смотрел на меня сверху вниз и теребил пальцами свои волосы, то и дело запуская в них всю пятерню.

— По-моему, ты и без моих слов понимаешь, насколько мне плевать на все. Поэтому я здесь. Потому что ты всегда меня понимаешь.

Откровение далось Филатову не слишком легко, но он признался, а потом прошел мимо и скрылся на кухне, и уже оттуда донеслось приглушенное ругательство, а затем ровным голосом Фил добавил уже громче:

— Мария… Мишка мертв. Тебе сообщение прислали…

Резкий скачок сердца куда-то в область горла, вполне ожидаемо переходящий в крик ужаса. Мои пальцы, скрючившись, забрались в волосы, норовя выдрать их с корнем. Все. То самое черное отчаяние взорвалось в груди, затапливая мое одеревеневшее тело. Все. Теперь уже не выбраться.

Комментарий к Глава седьмая

*”Странные праздники. Что-то меня знобит от этого веселья” - фраза из фильма “Сказка странствий”, которая была впоследствии использована в самом начале песни группы “Агата Кристи” - “Странное Рождество”.

========== Глава восьмая ==========

«Они просто не успели… Избили… А что милиция… Там все куплено…»: словно сквозь толщу воды доносился голос моего брата, который примчался в Минск и даже вместе со мной отправился на похороны Миши.

Я не очень осознавала, как выпутаться из сложившейся ситуации. Особенно если учесть, что подобная участь грозила и Вадиму. Я слышала, как Сашка знакомился с Анной Семеновной, мамой Михи, как жалел ее, честно признаваясь, что сам не знал ее сына, а приехал ради меня. Но мать Мишки, напичканная успокоительными, слабо реагировала на окружающих, сидя на кухне у окна и тихо рассказывая о детстве своего единственного ребенка. А я…

Снова я пряталась в ванной и заходилась там в немом крике. Потом умывалась и возвращалась на кухню.

Вадим тоже пришел. Анна Семеновна теперь никого уже не винила, единственное, о чем просила — и почему-то моего брата, — чтобы посадили Касперовича. Это фамилия Каспера. Я знала Сашу, он это так не оставит, если я его попрошу о помощи. Но я молчала. Пока молчала.

Однако, покинув погрязшую в скорби квартиру, твердо решила привести себя в порядок и поговорить с братом.

Я плелась впереди Сашки и Фила, которые, идя следом, тихо беседовали. Краем уха улавливала гневные нотки в голосе Саши, наезжающего на Филатова из-за его пагубных пристрастий. Но Вадим молчал в ответ. А когда я притормозила и оглянулась, он посмотрел на меня так тоскливо, что сжалось сердце. Конечно, по ссадинам на его лице многие догадались о присутствии Фила в квартире Каспера на момент убийства. Думаю, многие даже приписали Вадиму несуществующие действия. Наверняка кто-то обвинял его в гибели парня, а кто-то, возможно, и героя из Вадима делал. Но таких, уверена, было мало.

Поравнявшись со мной, брат прикурил и поделился огнем с Филом. Оба задумчиво задымили сигаретами, а я очень хотела остаться одна. Мне было жизненно важно посидеть, повспоминать, переварить.

— Ребят, — шмыгнула я красным носом, натертым салфетками. — Я домой. Простите…

И пошла прочь. Очень удивилась, когда меня догнал Вадим и, ухватив за рукав, развернул к себе.

— Я вечером приеду, поняла? — сказал так, словно внушал. — Ты меня поняла? Никуда не уходи.

Молча кивнула. Сейчас мы как никогда были похожи друг на друга: бледные, лохматые, с красноватыми белками глаз.

И напуганные. А Фил что, для него нет притяжения Земли, он словно отдельно от нас. Ему бы в Космос с таким-то умением отрекаться от боли, отворачиваться от общепринятых норм…

О чем это я? Ах да, о том, что боялась я, но не Вадим. И хорошо. Хотя бы один из нас должен быть в своем уме, пусть и в странном…

***

Раз уж мне накинули один день выходного (за мой счет, конечно же), то почему бы не провести его с Филатовым. Так я буду точно уверена, что он не примет очередную дозу.

За окном свистел ветер. В этот день было особенно холодно. Или мне так казалось? Я потеряла счет времени. Мне хотелось сделать что-то такое, чего от меня не ожидает никто и сделала. Поднялась из-за стола и вышла из кухни, где назойливо тикали настенные часы. Ненавижу этот звук. Он словно напоминает, что с каждым мигом все меняется.

Обыскав шкафчики в ванной, я отыскала хорошие наточенные ножницы, которые припрятала как раз для подстригания челки, если таковую когда-нибудь решу обрезать. В общем, долго не думая, я встала у зеркала и принялась кромсать себя под каре. Давно хотелось. Цвет кудрей у меня хороший, русый с золотистым отливом, а вот длина надоела. Пришло время перемен, ведь неспроста древние считали, что с волосами уходит связь с параллельным миром. Вот я и стремилась разорвать этот контакт с необъяснимым. А на данный момент мне хотелось избавиться от тоски и непонимания. Я не была способна разобраться в «симптомах» поведения Вадима. Для меня он был слишком странным…

К счастью, кончики волос не выглядели обкромсанными, вполне прилично вышло. Потом в салоне подправлю. Собственно, к слову, я была в курсе технологии подстригания. Увлекалась этим еще со старших классов школы, периодически «обрабатывая» подружек. Вроде все были довольны.

Закончив со стрижкой, приняла душ, привела в порядок все еще немного отекшее лицо, подкрасившись, и после, перерыв шкаф, отыскала любимые узкие черные джинсы. Мишка говорил, что в них у меня шикарная попа. Да… Мишка именно так и говорил…