— Мы не сделали много работы. Мы не сделали мало работы. Но и сегодня мы спасли его. И завтра. И каждый день будем понемногу вытаскивать из твоего сатанинского омута. И так будет с последующими людьми. Со всеми — голос ангела Антония звучал немного тихо, потому что Ангелы так и остались маленького размера.

— Вы — глупцы! Спасая его, вы упускаете других людей, души которых все больше с каждым днем утаскивают мои слуги. Они обращают их в мерзких тварей, которые встают в наши ряды. Нас все больше! Все больше! К нам идут подкрепления! Много нечистой силы! Вам нас не победить! Никогда! Не! Победить!

— Братья, не ведитесь на искушения! Не обращайте внимания на этого Падшего, — Ангел Антоний поднял и осенил демона крестом, — Изыди, Черт!

Из-за своих размеров и сила Ангела была не так велика. Но Черный перестал улыбаться. Ангелы чувствовали весь тот смрад и зловоние, исходившие от Демона.

— Вы только делаете вид, что вы Святые. Делаете вид Святости. На самом деле вы ждете — не дождетесь, когда ваш человечишка сгинет, пропадет, чтобы вернуться на небеса и ничего не делать!

— А вот нет, Падший! — заговорил Артемий, — мы побывали в вашем бесовском месте сегодня. И я понял, что не такие уж вы и сильные. А люди на земле еще остались, хоть и немного…

— Что с дураком спорить, — сделал жест крылом Ангел Антоний, — Братья, полетели!

— И последнее, — загробным голосом молвил Демон, — Вы можете выиграть эту битву. Можете… да… Но вы уже проиграли войну! Про-иг-ра-ли! Нет смысла во всем этом! Вы сами видите «секс, секс, кокс, кокс» — пропел Черный голосом Диджея Ди, — вот они, их подлинные ценности! Вот чего они хотят, к чему идут и стремятся!

Падший Ангел почесал затылок:

— Вот даже сейчас… Даже сейчас, в такой обстановке и в такую нелегкую минуту, уверены ли вы, Святые, что ваш парень в безопасности? — и Демон оскалился в улыбке.

— Братья, надо спешить!

Демон закатился рокотом-смехом.

Ангелы приняли свой обычный вид, ангел Антоний наложил крестное знамение, Демон тут же заверещал, сверкнула молния и Демон исчез.

— Быстрее! Мы можем опоздать! — и Ангелы полетели с самой быстрой скоростью, на которую были способны.

Трое били ногами, один снимал на камеру телефона, опасливо озираясь по сторонам.

— Вот, встретили лоха возле магазина. Полтинник не хотел добавить пацанам на пивалдер, — он приблизил телефон к лицу Марио. Тут же ботинок ударил точно в глаз.

Марио прикрыл лицо кулаком, тут же с этой стороны последовал удар в бок.

«…Только не потерять сознание… Только не потерять сознание…» — проносилось в голове. Он закрывал глаза, и перед глазами вставала белая пелена.

— Доставай мобильник, чертила! — басил голос над ним.

«…Только не телефон…» — мелькнула мысль. Он прижал руку к своему боку, чтобы заслонить карман с телефоном. Тут же юркая рука шмыгнула за шиворот и потянула вверх серебряную цепочку. Резкий рывок вверх, и цепочка порвалась где-то сзади. Тут же Марио ощутил еще один удар ботинком по носу. Не смотря на поплывшее сознание, он быстро схватил рукой ускользавший крестик с цепочкой, и сжал его.

— А ну отдавай, сука! — уже орал другой. Тут же последовал тупой удар в бок.

Марио потянул цепочку на себя.

— Палево-палево, пацаны! — обеспокоенно завопил «оператор», и поспешно убрал свою «видеокамеру» в карман. Марио почувствовал, что его оставили в покое и четверо спешно удаляются. Он положил голову на кулак с крестиком. Смутно видел как с кончика носа на асфальт капает кровь. Шагов не было слышно.

Сознание стремилось куда-то постепенно утечь, по капле. Надо было подняться. Марио оперся на руку, неловко сел. И увидел перед собой длинные одеяния, ниспадавшие почти до земли. Марио с трудом поднял голову вверх, чтобы разглядеть лицо своего спасителя. Этот был странный молодой монах в белых одеждах, как будто состоявших из множества лоскутков. Лицо его казалось смутно знакомым.

«Так, ладно… Ну и прикол…» — ухмыльнулся Марио, — «Сейчас посмотрим».

Марио сел на край тротуара, поставив ноги на дорогу.

— Здравствуй, Святослав.

Голос этот, казалось, был полон мудрости и знания. Но Марио позабавило, что его спаситель знает его имя. Знакомых монахов у Марио не было. Он начал терять чувство реальности происходящего.

— Откуда ты знаешь мое имя?

— Я знаю о тебе, немного. Я — твой Хранитель.

«Йоо, еще один Хранитель! Йопть! Вчера Ангел, сегодня Ангел… Интересно, рассказать ему, что у меня уже есть один Ангел-Диджей? Или еще обидится».