– Потрясающе!
– воскликнул Лейтц, поднимаясь на ноги и оглядывая свой бок.
– Это же просто невероятно! Девушки, я дико извиняюсь за то, что не хотел пропускать вас в замок. Если бы не вы, сегодня была бы последняя ночь в моей жизни.

– Да ладно вам!
– улыбнулась Ли-фанна, стараясь не думать о том, что если бы не они, никакого нападения бы не было.
– Все бы обошлось.

– Вряд ли, - покачал головой стражник.
– Это ведь не простая рана была, а нанесенная обсидиановым клинком. Она бы не зажила. Эх-х, а вот остальным не так повезло, как мне...
– он протяжно вздохнул.
– Не хотел ведь уходить! Нужно было остаться, но нет - они сами мне сказали: кто-то должен сообщить, ты самый быстрый... фактически я их бросил. Предатель я, а не стражник!

– Перестаньте на себя наговаривать, пожалуйста!
– вежливо, но твердо сказала Ли-фанна.
– Ведь если бы вы не ушли, не сообщили, то остальные защитники не успели бы как следует подготовиться к нападению, и погибло бы намного больше людей. Вы, наоборот, помогли всем нам! Очень помогли. И никакой вы не предатель.

Она вдруг подумала о Мифъоле. Она ведь так и не сказала ему, что больше не злится... когда-то она теперь его увидит? И увидит ли? Нет, нельзя так думать! Ни в коем случае!

– Тогда почему же я сам чувствую себя предателем?
– еще раз вздохнул Лейтц.

Ли-фанна и Алька снова переглянулись. Совершенно невозможно было узнать в этом скорбящем, почти что сломленном человеке того стражника, который еще сегодняшним утром не хотел впускать их в замок.

– К тому же, еще неизвестно, что все стражники погибли, - продолжила Ли-фанна.

– Их было. Двадцать. Человек, - хриплым голосом произнес Лейтц.
– А легионеров - так, навскидку - пятьсот-семьсот. Шанс нулевой.

– Мой отец пропал в Черном лесу семь лет назад, - неожиданно для самой себя сказала Ли-фанна.
– И не было ни одного шанса найти его живым. Его так и нашли. А мама до сих пор не верит, что он погиб. Говорит, что пока не убедится в этом сама, ни за что не поверит. Так что нельзя вот так сразу сдаваться.

Стражник с удивлением посмотрел на нее.

– Ты права, - задумчиво произнес он через несколько секунд.
– Надо брать себя в руки. А сдаваться - это вообще самое последнее дело. Тем более, что во время битвы задумываться о потерях обычно некогда... Все, решено! Будем биться. До последнего!

– Вот и прекрасно!
– обрадовалась Альнора.

Ли-фанна тем временем подошла к окну, выходившему на внутренний двор замка. И то, что она там увидела, ей совершенно не понравилось.

Весь Эймар постепенно превращался в огромное поле боя. Причем у Легиона явно был перевес в количестве и магической силе. Над некоторыми башнями полыхало зарево пожара, стены кое-где были пробиты насквозь. И это за какие-то пять минут! Что же будет дальше, страшно и подумать...

«Да, это тебе не драка в Черном лесу» - подумала Ли-фанна.
– Интересно, как там сейчас наши? Эван? Мифъол? Рэй? Тарлиан, который феникс? Рональд, брат Рэя? Живы они? Или...»

Алька тоже подошла к ней.

– Вот ужас-то!
– воскликнула она, поглядев в окно.
– Нет, я не знаю, как ты, а я тут больше сидеть не могу!

– Да и я тоже, - сказала Ли-фанна.
– Сидеть тут без дела, пока наши там сражаются!

– Так может, пойдем к ним?
– Алька мотнула головой в сторону выхода.

– Вообще-то вам строго сказали: оставаться здесь, - напомнил о себе Лейтц.
– И раз уж это сказал сам господин...

– То есть, вы предлагаете нам вот так просто остаться здесь, и ничего не делать?
– повернулась к нему Альнора.
– Ждать, пока их всех убьют? Или пока они победят всех легионеров?

– Да как же вы не понимаете!
– воскликнул стражник.
– Вы - сверхмаги! А значит, Легиону нужны именно вы!

– А разве не логичнее было бы предположить, что им нужны все четверо, о которых говорится в пророчестве?
– спросила Ли-фанна.
– А Эван сейчас вместе в другими защитниками. Да и Тарлиан, скорее всего, не сидит, как мы, без дела.

– И потом, мы ведь сверхмаги, - подхватила Алька.
– А именно сверхмаги всегда сражались с Легионом!

– И если вы чувствовали себя предателем, - продолжила Ли-фанна, - покинув своих товарищей, потому что этого требовал долг, то кем себя чувствуем мы?

Судя по всему, последняя ее фраза попала в самую точку. Лейтц нахмурился: видимо, человеческие чувства в нем боролись со служебным долгом и любовью к правилам. Но чувства все-таки победили:

– Хорошо. Хоть и не должен я вам этого говорить, но... и Эван, и Тарлиан сейчас в башне Знаний. Вот в этой, - тоже подойдя к окну, он показал на башню, находившуюся немного восточнее. Сейчас объясню, как вам быстрее туда попасть. Но если вас поймают...

– А мы не собираемся попадаться, - заявила Ли-фанна.