Барон Юсманский развернулся и направился к учебному корпусу. Даже не взглянул на Тарлиана! Парень не выдержал и бросился догонять его. Он должен расспросить дядю обо всем этом! Ну хотя бы о чем-то! И плевать, что там все подумают!

– Тарлиан? Что? В чем дело?
– удивился главком, заметив его.

– Господин главнокомандующий, я хотел бы спросить вас кое о чем... Почему я? Почему вы отправляете в Эймар меня? Не думайте, что я боюсь, или что-то еще. Я не боюсь. Но... я ведь совсем ничего не умею. Совсем.

– Это тебе только кажется, Тарлиан, - отстраненно сказал дядя.
– Иди. Вам пора отправляться.

– Хорошо. А если... а если я бы не был вашим племянником, вы бы отправили меня туда?
– последние слова Тарлиан произнес совсем тихо: мало ли, услышит кто-то?

– Отправил бы, - не задумываясь ни на секунду, ответил дядя.
– Не надо делать такое удивленное лицо, Тарлиан. Судьба всегда туманна, и неизвестно, куда может завести ее дорога. Но иногда ее знаки можно расшифровать. Твоя судьба тесно связана с замком Эймар, и... кое с чем еще, но это ты узнаешь позже. Ты способен на большее, чем тебе кажется, Тарлиан!

– Предлагаете слепо довериться судьбе?
– фыркнул Тарлиан.
– А не от вас ли я постоянно слышал, что каждый сам творец своей судьбы?

– Одно не исключает другого, - туманно изрек Ротмар.
– Твой отец гордился бы тобой, Тарлиан. Просто помни это.

– Неубедительно, - скептически покачал головой Тарлиан.
– Вдвойне неубедительно. Не стал бы он гордиться таким неудачником. Да и сам отец...

– ...был замечательным человеком!
– отрезал дядя.
– Не позволяй никому осквернять твою память о нем. Но сейчас тебе действительно пора идти. Отправиться вам нужно с восходом солнца. Удачи тебе, Тарлиандр Второй!

Главнокомандующий ушел, а Тарлиан с недоумением глядел ему вслед. Тарлиандр Второй... так дядя называл его крайне редко, когда он доказывал, что действительно достоин своего королевского имени... Да что же такое происходит, в конце концов?!

...Когда Тарлиан вернулся обратно, Эрлгримм и Промс уже сидели в повозке, Андроний только туда забирался, а Картен пока что был рядом с лошадьми. Видя, что можно не торопиться. Тарлиан сначала подошел к Илому. Попрощаться.

– Ну, пока что ли, дружище?

– Пока. Ты давай, старик, держись там! Андронию спуску не давай!

– Да уж конечно!
– и. махнув напоследок рукой, Тарлиан забрался в повозку.

И, к собственной досаде, оказался прямо напротив Андрония. Впрочем, тот тоже был не особо рад такой компании.

Тем временем Картен забрался на место возницы, дал знак привратнику открыть ворота. Лошади медленно тронулись с места... через несколько минут крепость скрылась за поворотом горной дороги.

***

За все время своей учебы (то есть уже семь лет) Тарлиан ни разу не покидал стены крепости. Ежегодные поездки в Дарминор на королевский фестиваль не в счет. До того, как его отдали на обучение в крепость, он вместе с родителями жил в небольшом княжестве в долине Флирос. В крепости Тарлиан частенько вспоминал те времена. Ему казалось, что «свободу» он помнил хорошо и детально, а дорогу в крепость так вообще запомнил на всю жизнь. Но теперь, глядя на горы, медленно проплывавшие мимо повозки, он ясно ощутил, что, вспоминая, представлял себе эти горы совсем по-другому. Так, может, и воспоминания о доме во Флиросе тоже были неверными? Если б он знал...

Как же ему надоели эти горы! Мрачные, безжизненные скалы, нависающие со всех сторон. Ему прочему-то казалось, что над Драконовым хребтом никогда не расходятся тучи. Даже в ясные, солнечные дни. Поездка в Эймар все-таки была глотком свободы. Пусть даже свобода была неполной, да и с мрачных Клеренских земель не уйти, но... но все же крепость Феникса больше не давила на него. И Тарлиан бы этому по-настоящему рад. За семь лет крепость так и не стала для него настоящим домом. Но и по родительскому дому во Флиросской долине он не сказать, чтобы сильно скучал. Тот дом был словно бы в прошлой жизни, почти во сне. Иногда ему казалось, что он уже не может вспомнить лиц родителей. Он ни разу не видел их с тех пор, как мама провожала его в крепость, а папа... он доехал с ним до самых ворот, сказал пару слов дяде и уехал. И все. Больше Тарлиан родителей не видел.

Помнится, первое время он даже обижался на них, потому что ко всем остальным родители приезжали - пусть изредка, пусть ненадолго, но все-таки!
– а к нему нет. Он даже думал, что про него просто забыли! Но дядя всегда говорил, что родители очень заняты, приехать не могут... и постепенно Тарлиан привык. Привык и смирился. Что же делать с тем, что ему так в жизни не везет? Да ничего. Вот он ничего и не делал. Но судьба, видимо, решила иначе.

Как же прав был главнокомандующий, барон Ротмар Юсманский! Дорога судьбы всегда туманна, лишь изредка избранным дано увидеть на ней знаки. Но одно дело увидеть, а совсем другое - понять. Но в это странное, тревожное время перед новолунием, в которое все начнется, знаки верно читались мудрецами...

Странная все-таки штука - судьба. Вроде она есть, а вроде ее и нет. Вроде все предрешено, но все зависит лишь от тебя. Конечно, некоторые решения ты принимаешь сам, но Судьба - эта хитрая дамочка, режиссер спектакля под названием «Жизнь» - о, она уже все решила и обдумала на десять шагов вперед. А то и на все пятнадцать. А иначе как можно объяснить то, что юный Феникс с без того непростой судьбой оказался в одно время в одном месте с... а вот это автор уже забегает вперед.

Невеселыми были мысли Тарлиана по дороге в таинственный замок Эймар. А дорога была длинной - без малого сотня миль.