– А кто мир бы спасал?
– спросил Эван.
– Слушай, сейчас у нас есть цель. И мы должны ее выполнить, несмотря ни на что. А по пути может случиться всякое - кто знает, может, я погибну, может...
– он замялся, суеверно не хотя произносить имена друзей, - может, еще кто-то из наших. Так что же, теперь после каждой смерти сдаваться и опускать руки?

– Я не сдаюсь. Теперь уже точно не сдамся, пока твари, убившие Мифъола, ходят еще по земле. Просто я пока не привыкну, что его больше нет...

Она заплакала, хотя пару минут назад сил плакать у нее просто не было. Эван положил руку ей на плечо. Она удивлено посмотрела на него, но тут же снова опустила голову, спрятав лицо. Лишь бы он не видел, как она покраснела...

– Я знаю, что нельзя сейчас раскисать, - продолжала Ли-фанна.
– Но он был моим лучшим другом, и...

– ...и я не думаю, что он бы хотел видеть тебя такой, - прервал ее Эван.
– У уж тем более я не думаю, что ему приятно было бы знать, что ты винишь себя в его смерти.

– Да, ты прав, я знаю, но... я ничего не могу с собой поделать.
– Хотя он говорил мне, что знает, на что идет...

– Вот видишь, - сказал Эван, немного помолчав.
– Значит, это был его осознанный выбор. И ты уж точно тут ни при чем.

– И я теперь совершенно не знаю, справлюсь ли... со своим предназначением, - вздохнула Ли-фанна, будто не слыша го последней фразы.

– Справишься, - твердо сказал Эван.
– Мы все справимся. Потому что так надо. Потому что мы не можем не справиться.

– Ты говоришь точно, как он, - сказала Ли-фанна со вздохом.

– Значит, я прав, - просто ответил он.

– Знаешь, ты ведь не одна, - продолжил он через несколько секунд.
– С тобой все мы. И уже только поэтому мы не можем проиграть. И...
– тут он вдруг замялся, словно не решаясь что-то сказать.
– И у тебя есть я. И всегда буду.

После этих слов он резко встал и ушел, оставив Ли-фанну в полнейшем замешательстве. Эти его последние слова... неужели они означали именно то, о чем она боялась даже думать...

И все же Эвану удалось немного облегчить ее горе от потери Мифъола. Хотя она все еще считала, что виновата в его гибели...

***

(4 дня до новолуния)

Когда они отправились в путь на следующий день, было уже около семи, а может, и восьми часов утра. Ли-фанна, которой все-таки удалось заснуть под утро, чувствовала себя к тому времени совершенно разбитой. Ибо спать три-четыре часа в день - это не дело. Опять же, против воли постоянно вспоминалось произошедшее с Мифъолом...

Сначала они шли, можно даже сказать, быстро: дорога была легкой, не очень даже горной - обычная дорога, какие часто бывают в деревнях. Похоже, это и была «нормальная тропа», о которой говорил Чес-фи-Ом. Но длилась такая дорога, увы, недолго.

Где-то через час хода тропинка стала значительно уже и извилистей, на ней появилось много острых камней, маленьких и не очень. Идти сразу стало тяжело, особенно Альке и Ли-фанне, которые не привыкли бегать по горам. Поэтому Альке помогали то Тарлиан, то Рональд, а рядом с Ли-фанной шел Эван, который поддерживал ее, если она оступалась. Ли-фанна старалась поменьше смотреть на него, и не обращать внимания на бешено колотящееся сердце.

Она даже себе боялась признаваться в том, что ей нравится Эван. Причем нравится уже давно - чуть ли не с того самого дня, когда они только покинули Дарминор. Кажется, это было вечность назад...

Конечно, Эван, бывало, раздражал ее, бывало, ставил ее в полнейший тупик... но все же он уже не раз спасал ее, начиная с того ее обморока на Звездной площади. Неизвестно, как бы все обернулось, не подбери он ее тогда... он ведь сказал еще, что так на его месте поступил бы каждый. Но на самом деле это, конечно же, не так. Большинство людей, которых она знала, просто прошли бы мимо, увидев, что она в беде. Или вообще сделали бы вид, что не знают ее. А Эван... Ли-фанна, правда, до сих пор не до конца поняла, что же такого странного было в Эване. Будто что-то нездешнее было в нем. Таких людей, как он, Ли-фанна никогда раньше не встречала в Дарминоре.

И все же мысли ее постоянно возвращались к последним словам Эвана, сказанным сегодня ночью. «У тебя есть я. И всегда буду». Может ли это означать, что он...

Но об этом Ли-фанна запрещала себе думать. Пока что. Сейчас не время. Она даже чувствовала себя предательницей по отношению к Мифъолу. К памяти о нем.

Ну почему, почему в этом мире ничего не может быть просто и понятно? Почему обязательно на смену ясности приходят тайны и загадки? И почему не бывает просто радостных и спокойных времен? Почему даже в самое мирное и счастливое время в жизни присутствуют печаль, досада, зависть со стороны других, или же просто какие-то неприятные личности? С другой же стороны, в самой ужасной войне есть место чему-то светлому, радостному. Как сейчас... Конечно, это хорошо, что даже в непроглядном, казалось бы, мраке можно найти лучик света, но разлад в чувства этот «лучик» вносит полнейший. Ведь совсем недавно погиб Мифъол. И как может она, Ли-фанна, спустя всего-то два дня, уже мечтать об Эване? Хотя будь здесь Мифъол, он наверняка сказал бы ей не зацикливаться на нем и жить так, как она считает нужным. Но проблема была в том, что она не знала, как нужно. Как правильно...