– Я спущусь к Эрону, - какое-то время спустя решила Кора.

– Это может подождать, Эрон поймёт. А если не поймёт, мне всё равно.

Скарлетт подняла глаза и улыбнулась. Несмотря на измученный вид, от её лёгкой нежной улыбки лицо словно посветлело. И в душе у Ника что-то тоже словно посветлело. Совершенно непроизвольно Николас потянулся к её губам. Тут дверь распахнулась, и вошла Ровина. Торопливо присев в реверансе, горничная поклонилась.

– Ваше сиятельство, князь Эрон хочет знать, сможет ли он увидеть леди Скарлетт.

– Идём, - Кора улыбнулась, но уже немного устало.

– Где он? – неохотно осведомился Николас.

– В музыкальном зале, ваше сиятельство.

– Мы сейчас спустимся, - князь жестом отпустил Ровину и повернулся к Скарлетт.

– Помочь одеться?

– Я сама могу одеться, - рассмеялась Скарлетт, спустив ноги с кровати, - почему все хотят мне в этом помочь?

Кора встала и поддела «молнию» на спине, без стеснения позволив ночной рубашке сползти на пол. Ник смотрел на её обнажённое тело и чувствовал, как внутри нарастает волна приятного напряжения. Он видел её без одежды не впервые, но именно сейчас понял, что перед ним стоит красивая женщина.

– Я знаю, о чём ты думаешь, - несколько кокетливо заявила Кора, переступив через ночную рубашку и подойдя к шкафу. Ник уже распорядился, чтобы её вещи разместили в гардеробе, поэтому не стал мешать.

– Ой, а что мне надеть? – спохватилась Скарлетт, разглядывая ряд вешалок с платьями, - куда Ровина дела мои вещи? Мне так нравилась та безрукавка.

– Ты же не хочешь встречать князя в одежде, в которой лазила по чердакам? – фыркнул Николас и, подойдя к шкафу, быстрым взглядом окинул вешалки и выбрал одну, - вот, надень это.

Кора кивнула, даже не взглянув на простое чёрное платье, и отошла с ним к кровати. Глядя на то, как она одевается, Ник вспомнил слова Юсты. Неужели она и правда теперь физически не может ни в чём ему отказать?

– Застегни «молнию», - попросила Скарлетт, не подозревая о его мыслях. Николас потянул замочек вверх, касаясь пальцами обнажённой спины. Длинные волосы Кора перебросила на грудь.

Платье сидело на ней как влитое, и Ник довольно улыбнулся. Кинья отлично постаралась, выбирая одежду. В последнее время прислуга стала даже более исполнительной, чем всегда.

– Ну как? – Скарлетт обернулась, отбросив волосы на спину, и улыбнулась.

– Ты прекрасна, - Николас протянул руку и коснулся пальцами её щеки; Кора весело рассмеялась и прильнула к нему.

– Так мы вообще никогда не выйдем.

По дороге в музыкальный зал на первом этаже Ник с удивлением понял, что Скарлетт волнуется. Она бессознательно покусывала нижнюю губу и теребила волосы. Николас подумал, может ли зелье памяти настолько изменить личность. Или же Кора подсознательно всегда была такой, а язвительность и насмешка – это всего лишь защитная реакция?

– Не волнуйся, ты ему нравишься, - шепнул Николас, и Скарлетт, улыбнувшись, подняла глаза.

– Правда?

– Правда.

Стражники распахнули массивные двери в музыкальный зал. Он назывался так из-за огромного рояля в самом центре помещения. Балов в этом замке на памяти Ника не проводилось, однако зал выглядел идеальным для небольшого приёма: большое пустое пространство, пол выложен мраморной плиткой, по углам – кадки с пышными растениями. Чёрный рояль работы знаменитых тальнерских мастеров поставили здесь специально для матери Ника и Эрона, княгини Беатрис, в качестве свадебного подарка. Портрет княгини в изумрудном платье висел прямо над инструментом.

Эрон стоял у рояля, разглядывая то ли картину, то ли вид из окна. В этом зале окно было гораздо шире, чем принято в замках и крепостях, и выходило на Рин. В свете солнца вода сверкала маленькими искорками.

Эрон обернулся и коротко поклонился.

– Миледи.

– Ваше сиятельство, - Скарлетт присела в реверансе и подошла ближе, повинуясь его приглашающему жесту.

Затянутой в перчатку рукой Эрон взял её за подбородок. Николас поморщился; ему не нравилось, как брат бесцеремонно разглядывает Кору.

– Эр, ты что-то хотел нам сказать? – не выдержав, осведомился Ник.

– Хотел убедиться, что всё в порядке, - на секунду оторвав взгляд от девушки, ответил брат.

– Всё прекрасно, - прищурившись, сдержанно ответил Николас. Эрон усмехнулся и отпустил Кору.

– Вы играете, миледи?

– Конечно, - к удивлению Николаса, немедленно отозвалась Скарлетт, - меня научили играть на рояле раньше, чем ходить.

– Ты не возражаешь, Ник? – с долей насмешки спросил Эрон, - думаю, леди Скарлетт не откажется нам сыграть.