– О, ты имеешь в виду, все эти «травматические события», – все это так называли. Никто же не говорил, что какой-то парень держал пистолет у моей головы. – Действительно, я в порядке. Сегодня я вернулась на работу. Это было замечательно.

Не поймите меня неправильно, я знала, что все просто пытались сделать то, что было лучше для меня, я просто хотела бы, чтобы они немного больше верили в мое душевное состояние, чем думали, что я сломаюсь, если они что-то скажут.

Опять же, никто не знал про панические атаки в Италии, кроме моего терапевта, Кэти и Дина. Но никто не должен знать, насколько я была озабочена.

– Ты уверена, что не слишком сильно давишь на себя?

– Ммм...– Дин начал говорить. Он был со мной, как только я начала думать о возвращении на работу.

Я полностью проигнорировала Дина; к сожалению, я не могла поступить так с моей мамой.

– Я уверена, мама; в любом случае, все были суперпонимающими, и если я должна была поговорить в этот день до конца моей смены, все сказали мне, что более чем приветствуют, если я это сделаю. Честно, я в порядке. Я не давлю на себя слишком сильно. В любом случае, Дин присматривает за мной, – на этот раз, я посмотрела в сторону и поймала его взгляд. – “Готов ли он признать это или нет,” – добавила я последнюю часть, секунду подумав.

– Я ... – он закрыл рот и улыбнулся мне. – Я беспокоился о тебе, вот и все.

– И я говорю вам — вам обоим; я в порядке, – я улыбнулась им – Я знаю, что ты беспокоишься, и это очень много значит для меня, но окажите немного доверия.

– Ты не в порядке, Ребекка, – заговорила моя мама. – Пожалуйста, не лги нам и себе. Если ты хочешь вернуться к работе, это здорово, но ты не можешь просто сидеть и притворяться, что ты в порядке, потому что это не так. Прошло меньше двух недель после того, как все произошло. Двух недель не достаточно, чтобы преодолеть все, через что ты прошла.

– Для этого я хожу к психологу! – запротестовала я. Я знала, что это был глупый спор, но он начался прежде, чем я подумала об этом. – Мой психотерапевт, между прочим, говорит, что у меня все хорошо.

– И это здорово, – мама потянулась, чтобы коснуться моей руки, но я отстранилась. Она убрала руку, румянец появился на ее щеках. – Я рада, что у тебя все хорошо, но мы все беспокоимся за тебя, просто помни об этом. Подумай, как бы ты чувствовала себя, если была в нашей ситуации.

– Хорошо, – пробормотала я, но не была уверена, действительно ли собираюсь сделать это; я просто хотела, чтобы этот разговор закончился. – Итак, как работа? – смена темы была тем, что нам было необходимо. Поэтому я просто надеялась, что она позволит это прекратить. К счастью, она это сделала.

Спустя полчаса разговоров, моя мама, наконец, встала. Она улыбнулась мне:

– Я лучше пойду. Я сказала твоему отцу, что принесу ему что-нибудь на ужин, и я уверена, он уже ждет. Я не хочу, чтобы он думал, что я его продинамила или что-то в этом роде.

Я была уверена, что он будет рад, если она не появится, но ничего не сказала. Я позволила ей притянуть меня в крепкие объятия, которые длились слишком долго.

– Позвони мне, – приказала она. – Я хочу чаще видеться с тобой.

– Я знаю, мам. Просто я была очень занята работой и ... и все такое, – я не рассказывала ей о производстве горячего шоколада после работы, просто потому, что хотела ее удивить. Я отстранилась и улыбнулась ей. – Приходи как-нибудь, и я приготовлю нам что-нибудь вкусное. Мы пересечемся, и я познакомлюсь с твоим парнем.

– Звучит здорово, – мама повернулась к Дину и быстро его обняла. – Береги ее, и не позволяй ей слишком сильно подстегивать себя.

– Я стараюсь не делать этого, Барб. Но, без обид, ваша дочь иногда сущее наказание.

Моя мать засмеялась, когда мы втроем направились к двери:

– О, ты должен был встретить ее, когда она была подростком. Она была совсем головной болью!

– Эй! – запротестовала я. – Я никогда не улизнула и не сделала ничего плохого.

– Правда, ты была хорошей дочерью, – ее глаза сверкнули, когда она взглянула на меня, прежде чем остановиться. – Хорошо, я вскоре увижусь с вами обоими, – это звучало как обещание больше, чем все остальное. Мы с Дином вдвоем кивнули.

– Увидимся, мама.

И с этим мы разошлись, не сказав больше ни слова. Дина обнял меня за плечи, когда мы направились к машине. Я посмотрела на витрины, когда мы проходили мимо них.

– Итак, на самом деле все прошло хорошо.

– Ты тоже так думаешь? Она, кажется, довольно быстро прониклась ко мне.

Я должна признаться, я была удивлена. Но я не сказала это вслух; вместо этого я соврала:

– Видишь, я же говорила тебе, что не о чем беспокоиться.

Дин тихо хмыкнул:

– Итак, каков теперь твой план?

Я посмотрела на свой телефон и глубоко вздохнула. Нам нужно завтра на работу, и у меня был прием у психотерапевта, но это не значит, что сегодня вечером мы не можем повеселиться. В конце концов, я имею в виду, мы были в Лас-Вегасе.

Дин тихо засмеялся, когда мы вернулись в казино:

– Серьезно? Ты хочешь вернуться на работу?

– Нет, мы будем играть, – я ухмыльнулась, когда поднималась по ступенькам, держась за руку Дина, пока он подходил к двери и вытащил ключи. К счастью, уже прошло время закрытия, и единственный автомобиль на стоянке был нашим, потому что у меня было несколько задумок, в которых никто другой не должен был участвовать.