– А ты присмотрись.

Борна перевернулась на спину и посмотрела на девушку. Леся смутилась, но все же внимательно всмотрелась в тонкую белую фигуру, но ничего, кроме прожилок на коже так и не увидела. То ли глаза подводили, то ли луна врала, то ли Борна опять шутила.

– Не видишь?
– Борна выдохнула и села так же, как Леся.
– За это я и люблю луну. Под ней все красиво.

Что-то в голосе молодой женщины выдавало грусть.

– И правда, откуда тебе знать, - сказала она.
– Я же тебе не говорила, как... Ну да ладно, слушай... Перед тем как попасть сюда и стать Хранительницей, я, как и ты, была простой девушкой. Я была дочкой пекаря, одной из пяти. Четвертой по счету, а значит, мне ничего не светило. Я стояла у прилавка, принимала и обслуживала покупателей... Как пишут в романах - простушки влюбляются в аристократов, и те - в простушек, и все приходит к красивому концу... Так вот, под влиянием тех романов то же случилось и со мной. Как-то в нашу лавку зашел мужчина, простой с виду, не богатый. Мы разговорились, он подшучивал, делал комплименты, приглашал на прогулки. Я решила - вот она, моя судьба. Я влюбилась, как дурочка. Ждала его каждый день, и он приходил. Казалось, было все прекрасно. Он обещал встретиться с отцом, попросить моей руки. Получилось так, что под влиянием красивых слов я позволила затащить себя на сеновал... Это было здорово, я потеряла голову. Но так длилось недолго. Вскоре он исчез, ни слуху, ни духу. Я поздно поняла, что он обманул меня. Использовал и выбросил... Рассказывать отцу я не хотела, так как бесчестье было худшее, что может случиться в семье, а в это время еще и старшая сестра выходила замуж. Тут я и обнаружила, что беременна. Хуже и не придумаешь... Ты не поверишь, даже в то время я ждала его, может, образумится, придет. После таких слов, что он говорил, невозможно поверить в предательство. И ребенка я хотела, могла воспитать сама, стать изгоем из-за этого не боялась. Как можно не любить ребенка от любимого человека...

Как ты думаешь, что было дальше? Через несколько недель я увидела его в парке. Такого красивого, разодетого - аристократа, графа. Мне стало еще хуже, ведь был он не один, а с дамой - настоящей красавицей! Не то, что я. Все же, решившись, я дождалась, пока он останется один, и рассказала о своем положении. Я глупая, наивная простушка, без гроша за спиной, верила, что он будет рад. Ну, он и разыграл передо мной целую сцену радости, ну и, конечно, я ему поверила. Он обещал зайти сегодня же для серьезного разговора. Тем вечером, когда я одна в опустевшей лавке ждала его, кто-то забаррикадировал двери и вкинул через окно факел...

Лавка сгорела, а меня еле спасли. Ребенка я потеряла, и сама обгорела, чудом только лицо спасла. Я месяц пролежала в постели, не могла встать. Так он за это время успел жениться на той девушке из парка, а меня убрал с дороги, как поломанную телегу...

Борна замолчала, а Леся не решалась нарушить тишину. Женщина говорила с таким пылом, что сразу было заметно, она все же не смогла простить его, даже спустя столько лет.

– Прошел месяц, может, и больше. Точно не помню, но знаю только, что я долго не могла вставать на ноги. А когда поднялась, это не придало никакой радости. Я была полностью изуродована. Видишь?
– Борна провела рукой по правому боку от груди, по бедрам и до колена.
– Это все осталось от той злокозненной ночи, как память о моей ошибке.

Теперь Леся увидела и устрашилась. Те полосы, что она приняла за прожилки на теле, являлись чудовищными шрамами, тянувшимися через все тело от шеи до пят.

– Меня все жалели, кто ж теперь возьмет такую себе в жены? А мне никто не нужен был, кроме него. Коварная штука - любовь!.. Эти все жалобные взгляды и вздохи за спиной изнурили меня. Я не ела, плохо спала. Именно тогда я решила уйти из дома, даже думала свести счеты с жизнью, а вместо этого попала сюда.

Леся затаила дыхание и показалось, что даже трава сочувственно прилегла к своей Хранительнице. Тяжело ей пришлось. По ее поведению совсем не скажешь, что она пережила такое, или может все же пережила и оставила в прошлом.

Внезапно Лесю осенил мысль:.

– Борна, а сколько тебе лет?
– неожиданно спросила она.

– Не знаю, - пожала девушка плечами.
– Ушла я, когда мне было 19.

– А год какой?

– Сейчас припомню... 1849.

– Ничего себе. Это тебе сейчас где-то за... 160.

– - В Доме время течет по другому, да и став Хранителем перестаешь стареть.

Борна сидела грустная. Девушка понимала, что должна утешить ее, но не могла подобрать слова.

– Спасибо, Леся, - сказала женщина с улыбкой.

– За что?
– не поняла та.

– За сочувствие. Но это было слишком давно, и нечего ворошить прошлое.

Леся смутилась.

– Заешь, почему я осталась?
– спросила Борна.
– Я надеялась, что залечу тут свои раны, а получила гораздо больше. Я стала нужной, любимой и просто необходимой.

Говоря это, Борна провела ладонью по траве, и та в ответ прильнула к ее руке своими длинными стволами.

– Я отдаю им свою любовь, они отвечают взаимностью. Это больше, чем я надеялась получить. Поэтому я и сказала тебе, что никогда не пожалеешь, оставшись тут со мной. Разве я не права?

– Права, - согласилась Леся.
– Мне нравится эта свобода.

– - А Дом?
– спросила Борна.

Леся кивнула с улыбкой на губах. Этот маленький мир очень ей понравился.

– Дом к тебе неплохо относится, -- произнесла женщина, она всегда говорила о мире, как о живом существе.
– - Ты заметила как легко находишь нужное и не плутаешь при этом в лесу? Это он помогает тебе, направляет в нужную сторону и открывается перед тобой. Ты знаешь, сколько сил я потратила, чтобы получить то, что ты имеешь? Больше, чем ты себе можешь представить.

Леся сидела, поджав под себя ноги. Какая странная эта судьба: кого-то балует счастливыми моментами, а кому ставит подножку на ровном месте.

"Все, хватит грустить и философствовать. Пора жить и радоваться!" -- велела себе девушка.

– А теперь как насчет того, чтобы снова искупаться?
– предложила Борна поднимаясь. Видимо тоже решила, что надо отвлечься.

Тут до слуха девчонки донесся стук копыт за их спинами.

– Кто-то идет.

– Да, я слышу, - Борна уже всматривалась в темноту и увиденное ей не очень нравилось.