– Удальцова! Я же к тебе обращаюсь! Ну о чем ты там мечтаешь? – вернул ее к действительности голос русички Татьяны Петровны.

Действительность оказалась суровой, потому что вызывали Леночку к доске.

– Иду, Татьяна Петровна, – ответила Лена и отправилась записывать под диктовку заданные на дом слова.

Как ни странно, она сделала всего две ошибки.

Татьяна Петровна вздохнула и задумчиво поглядела в журнал, где тянулся бесконечный ряд удальцовских пятерок.

– Смотри, Удальцова, так и до троек скатишься, – сказала она, поправляя на носу очки и все еще раздумывая над оценкой.

– Не скачусь, – пообещала Леночка. – Я теперь снова учиться буду. Вот вызовите меня завтра, я все исправлю!

– Хорошо, – русичка облегченно улыбнулась. Тяжело терять своих отличников. – Ставлю тебе четверку. Карандашом.

И Леночка вдруг почувствовала, как легко и радостно стало у нее на сердце, будто она – красный воздушный шарик и вот-вот взлетит высоко в небо.

Небо за окном, кстати, было голубое-голубое. Начиналась настоящая весна.

– Ну что же ты, почему не пришла? – окликнул Леночку Рома Ромашкин.

Ну точно. Он же приглашал ее на футбол, а она встретилась с Юркой и сразу обо всем позабыла.

– Не хотела, вот и не пришла, – сказала Леночка и по недавно заведенной привычке капризно надула губки.

– Понимаю, – широко улыбнулся Ромашкин и, достав из кармана расческу, аккуратно провел по безупречно причесанным волосам. – Девчонки всегда думают, что, если будут ломаться и строить из себя принцессок, мальчишки все для них сделают…

– Наш Удалец – похититель сердец! – послышался очень знакомый голос, и кто-то хлопнул Леночку по макушке тетрадкой.

– Ко-озел, Петух! – процедил Ромочка, презрительно оглядывая соперника.

– Что-о? Сам козел, Ромашка-чебурашка! – не замедлил с ответом тот.

– А ты, Петух… – Ромочка задумался над убийственной формулировкой, и в это время Леночка сочла за лучшее скрыться. Пока оба претендента на ее сердце слишком заняты общением.

Она тихо выскользнула в коридор, где тут же наткнулась на Славика.

– Лена, – окликнул он, – нам тут по окружающему миру доклады задали… Так я хотел с тобой посоветоваться…

– Ага, – кивнула Леночка, чувствуя жадно тянущиеся к ней щупальца заговора. – Я как-нибудь потом. Извини, спешу.

– Куда это Удальцова слиняла? – высунулся из дверей класса Петухов. – Так вот же она! Ку-ка-ре-ку! Ку-ка-ре-ку! Бросим Удальца мы в реку!

Тут Леночка не выдержала и обратилась в позорное бегство.

Очутившись в рекреации, она нырнула за стоящий в углу горшок с огромным фикусом и затаилась, переводя дыхание.

И зачем она жаловалась на недостаток внимания? В последнее время этого внимания, надо признаться, для нее уж слишком много. Как же тяжело, наверное, приходится Анжелке Самохваловой! Впору даже пожалеть ее.

Чтобы немного утешиться, Леночка достала из кармана новой юбки ириску и, засунув ее в рот, принялась с наслаждением жевать.

Тем временем в рекреации появились девчонки из ее класса: Галька, Лиска и троечница Оля Перепелкина.

– Вот я и смотрю, у нее новая кофточка, новая юбка… Супер… Каждый день что-то новое надевает! И надо же так выпендриваться! – говорила Перепелкина.

Лена поняла, что разговор, должно быть, идет об Анжелке Самохваловой.

– Ага, – буркнула Галька. – Такая, типа, вся крутая! А мальчишки вокруг так и вьются!

Ну точно Анжелка.

– Что бы нам с этим, девочки, сделать… – задумчиво произнесла Ольга, и Леночка даже осторожно выглянула из-за фикуса, потрясенная тем, что одноклассницы собираются что-то делать с Анжелой Самохваловой.

– А мы придумаем, – пропела Лисочка, в возбуждении пританцовывая вокруг подруг. – Это мы живо придумаем. Ну, например, стравим мальчишек между собой, а потом устроим так, чтобы они подумали, что это она их подначивает.

– Это как? – вылупилась на нее простая, как дважды два, Солнцева.

– А так. Скажем, записочку какую подкинем или знак внимания. Ну, мелочовку типа, от нее, – выдала Лисочка, не помедлив ни минуты.

– Голова! – уважительно выдохнула Солнцева.

– А то! – улыбнулась Лисочка. – И вообще, пора ее проучить. Мало того, что без домашних заданий остались, так еще сегодня на русском на нее противно смотреть было. «Я выучу, Татьяна Петровна! Ой, не ставьте мне четверку! Я же у вас такая-растакая отличница! Звезда! Примадонна! Надежда 5-го «а»!» – передразнила она. – Вот ведь хитрая! Везде успеть хочет!