ГОЛЛИВУДСКИЙ СЕКРЕТ №15: как заплакать на камеру. Часто мы снимаем сцены, в которых герои расстроены до слез, напуганы или им больно. Просто грустное лицо будет смотреться сухо, поэтому нужно заплакать – а это не так-то просто сделать, особенно, если сцену снимают уже в шестой, седьмой и восьмой раз. Может быть, первые два-три раза заплакать не составит особого труда, но потом уже начинаешь произносить текст равнодушнее. Так как же актеры выходят из этой ситуации? Все очень просто. Кто-то держит про запас нарезанные дольки лука. Кто-то смотрит на светильник, не моргая, пока глаза не начнут слезиться. А кто-то просто думает о чем-то очень печальном, например, о гибели любимой собачки или о самом грустном моменте жизни. Лично мне заплакать по команде было нетрудно в последнее время, как и многим из нас.

Наладонник завибрировал, и я взглянула на экран. Два сообщения.

ВУКИРУЛЯТ: Порази всех, Бёрк! Я мысленно с тобой. Не могу дождаться, когда мы увидимся.

Я улыбнулась. Остин всегда помнит, что у меня происходит.

ПАУЭРГЁРЛ82: Привет! Не забывай, что всегда говорит наш тренер: «В конце вы находите новое начало». Не уверена, что правильно его понимаю, но звучит неплохо. ХА! Удачи сегодня. Я в тебя верю, Кейтс. Позвони мне, как закончишь.

Как же здорово снова получать сообщения от Лиз! Мы не переписывались, кажется, уже целую вечность.

По дороге к гримерке, где мне должны были освежить макияж и немного изменить прическу, я наткнулась на Мелли и Скай. Они стояли, обнявшись и…

Не может этого быть!

– Что с тобой? – бросилась я к Скай. – Все хорошо?

– Нет, - прорыдала она. – Сериал заканчивается, Кей! Всё! Финиш! Последний день! Больше никаких гримерок, никакого кофе от Пита. Ни-че-го! – она громко всхлипнула, издав какое-то странное подвывание. Я взглянула на Мелли.

– До нее только сейчас дошло?

Мелли неодобрительно покосилась на меня. Скай лишь заплакала еще громче. Я обняла ее.

– Все будет в порядке, Скай!

– Да, точно, - заныла она. – Это уже будет не то! Тебя-то в моем новом сериале не будет. Над кем я буду издеваться? – Мелли протянула ей носовой платок, и Скай громко высморкалась.

– Уверена, ты найдешь себе новую жертву, - с надеждой сказала я.

– Это все равно не то, – упрямо помотала головой Скай. – Очень сложно найти кого-то наивнее тебя.

В последней сцене на всех нас были джинсы – мы ведь уезжаем из города. Надо думать, прежде чем рыдать, Скай по достоинству оценила, как на ней смотрятся ее джинсы и оливковый топ, в которых она выглядит еще стройнее, чем обычно.

Мелли прокашлялась.

– В любом случае, я должна сказать вам, что работа с вами обеими – настоящее удовольствие, - она улыбнулась. – Вы для меня как дочери, и я очень довольна тем, какими вы вырастаете.

Ну вот, теперь я тоже заплачу

– Ты тоже нам в этом помогла, - напомнила я ей. Когда пришел Том, мы трое снова заливались слезами.

– Эй, эй, - он явно не знал, то ли ему смеяться, то ли тоже плакать вместе с нами, - приберегите это для камер! – он обнял Мелли за плечи.

Проходивший мимо Мэтти остановился, увидев нас, застывших посреди коридора, плачущих и улыбающихся одновременно.

– Слушайте, идите, что ли, кофе выпейте, - почесал он в затылке. – Мы вас позовем, когда все будет готово к съемкам. А то вы совсем раскисли.

– Как ты держишься? – изумилась я, глядя на его спокойное лицо.

– Ну, я, - он помолчал, подбирая слова, - немного не в своей тарелке, но ведь впереди еще «Скуби». Правда, что делать, если он провалится…

– И ты еще спрашиваешь, почему это у меня была паническая атака, - пошутила я. – Именно такие вопросы я и задавала себе изо дня в день. Нелегко уйти от того, чем занимался больше десяти лет.

– У тебя куча возможностей найти другое шоу, в котором ты проведешь следующие десять лет, - заметил Мэтти.

– Надеюсь, что так, - я вздохнула. Братишка пожал мою ладонь.

– А если и нет, я попрошу Тома взять тебя к нам, - он хихикнул. – Ну, так, на пару серий.

– Большое тебе спасибо, - рассмеялась я, обнимая его.

Когда мы начали, все было, как и всегда. Я временами забывала строчки и просила начать заново. Скай вставала не туда, куда нужно. Том пару раз менял свет. Спенсер и Мелли предлагали добавить кое-что в их текст, и сценаристы вносили поправки в свои записи. Спустя четыре часа и перерыв на обед (сегодня мы обедали все вместе, никто не спрятался в своей гримерке), мы приступили к заключительной сцене.

– Вот и настал этот момент, - сказал Том. – Наши последние дубли.

– Даже не верится, - пробормотала Скай. – В голове не укладывается.

– Знаю, - тихо согласилась я, чувствуя, как по коже бегут мурашки. Мы со Скай инстинктивно взялись за руки, крепко сцепив пальцы.

– Тишина на площадке, - попросил Том в мегафон. Обычно полная тишина наступает лишь спустя пару мгновений после этой просьбы, но на этот раз все стихло моментально. – Мотор.

Все проходило гладко. Так и должно быть. Эти фразы мы уже произнесли пять миллионов раз на читках. Но, когда двое рабочих в костюмах грузчиков пронесли мимо нас последнюю коробку с вещами Бьюкененов, я почувствовала, как к глазам подступают самые настоящие слезы. Я огляделась. Не только я вот-вот расплачусь.