Коридоры студии еще тихие и пустые. Впрочем, сейчас лишь только четыре часа утра, так что это, надо думать, логично. Даже свет еще не включен, большинство работников не придут до семи часов. Но мне хотелось приехать раньше, намного раньше.

Проходя мимо галереи, где висели портреты всех актеров сериала, я едва могла различить свое лицо – было еще слишком темно. Интересно, что сделают с этими огромными фотографиями потом, когда съемки закончатся и наши павильоны займет другой сериал? Свернув за угол, я увидела, что в гримерке горит свет. Пол и Шелли уже на месте.

– А вот и наша девочка, - всхлипнул Пол, схватив меня за руку и прижав к себе.

– Я попросила его подождать со слезами, пока не закончит с твоей прической, но ты сама все видишь, - Шелли развела руками, пытаясь улыбнуться, но и ее глаза тоже были покрасневшими и припухшими. – Господи, Пол, ну что такое! Можно подумать, мы больше ее не увидим, - она повернулась ко мне. – Мы будем делать тебе прическу и макияж для того мероприятия у «Avon» на следующей неделе. А там уже и до премьеры «Милых убийц» не далеко.

– Если хотите, можете сделать мне макияж перед экзаменами, - пошутила я. – Возможно, особая пудра поможет мне сосредоточиться.

Первый экзамен уже в эту субботу, но знаете, что? Я чувствую себя подготовленной. В последние две недели я никуда не выходила по вечерам, так что было много времени для занятий.

– Хватит меня дразнить, - покачал головой Пол. – Я не знаю, как буду завивать волосы каждый день кому-то кроме тебя. У меня наконец-то стало получаться укладывать Кейтлин так, что даже самому нравится. Я хочу работать только с ней!

– Пол, можно тебя попросить немного успокоиться? – поинтересовалась Надин. – Кейтлин сегодня вроде как снимается в последний раз для «Дел», я не хочу, чтобы она еще больше расстраивалась.

– Это верно. – Пол вытер глаза и отпустил меня. – Не хотел тебя пугать.

Я хихикнула.

– Все в порядке. Правда. После того выступления на пресс-банкете я чувствую себя в сто раз увереннее.

– Ой, это было замечательно! – воскликнула Шелли, усаживая меня в кресло. Пол стал расчесывать мне прядь за прядью и закручивать волосы на бигуди. – Никогда не слышала ничего более честного от актеров. Ты правильно сказала: ты подросток, ты имеешь право на неверный шаг, и это абсолютно нормально.

– Это были очень хорошие слова, - согласился кто-то за нашими спинами. Обернувшись, мы увидели Мелли.

– Мелли! – от удивления, я чуть не спрыгнула со стула. – Что ты тут делаешь? – мне казалось, сегодня только я буду ранней пташкой.

– Ты же не думала, что будешь давать обзорное интервью по ДС в одиночестве? – улыбнулась она.

– Мелли, четыре часа утра! – я была невероятно тронута, но это же безумие. – Ты могла еще спать и спать!

– Прошу тебя, - рассмеялась Мелли, - я теперь могу спать месяцы напролет. А сегодня я хочу быть с тобой. Нет, конечно, я не буду сидеть возле тебя, но, если вдруг что, мне хочется быть рядом. Я уже давно должна была быть к тебе повнимательнее.

– Не надо извиняться, - покачала я головой, - никто ни в чем не виноват, я сама натворила дел. Было бы гораздо хуже, если бы все стали крутиться вокруг меня и забыли о «Делах» вообще.

– В любом случае, твоя речь для журналистов была замечательной, - сказала Мелли. – Ты повзрослела гораздо раньше, хотела бы я быть такой же в твоем возрасте.

– Именно об этом я и говорю, - закивала Шелли.

– Я очень тобой горжусь, Кейтлин, - присоединилась к ним Надин. – Ты справилась со всеми трудностями, любой режиссер будет счастлив поработать с тобой.

– Лично я уже счастлив, - сказал Том, заглядывая к нам. Они с Мелли обнялись в знак приветствия. Как-то они теперь будут друг без друга? – Ну что, готова?

Я глубоко вдохнула и кивнула. Да. Я готова. Пока мы разговаривали, Пол и Шелли мастерски выполнили свою работу: уложили волосы и сделали мне макияж. Наверное, перед съемками надо будет обновить его, но сейчас все выглядит безупречно.

– Надеюсь, ты взяла водостойкую тушь? – пошутила я, глядя на Шелли.

– Конечно. Я всю прошлую неделю ею пользовалась, - хихикнула она.

Мы с Томом и Мелли вышли из гримерки, Надин пожелала удачи нам вслед, а Пол и Шелли помахали руками. Так странно – я ведь вернусь сюда еще раз через час или около того, но почему-то такое ощущение, что ухожу навсегда.

Когда мы закончили, было почти шесть. Студия ожила, наполнившись обитателями. Вот Тревор идет в гримерку, а вот Мэтти зевает и машет мне рукой. Туда-сюда снуют работники павильонов, одетые в привычные черные футболки с логотипами «Дел семейных». Сегодня грустный день, но у всех приподнятое настроение. Я так рада, что Том и Мелли не пустили журналистов из «Celebrity Insaider» наблюдать за последним днем съемок. Все сегодняшние события и эмоции должны достаться только нам, семье «Дел семейных». И, к тому же, я не хочу, чтобы Остин снова видел на экране мои слезы – он и без того на это насмотрелся. Пусть даже это будут настоящие слезы, неважно. Не хочу показывать их всему миру.